В один из таких моментов девушка сказала, что ректору пришло письмо, поэтому он ненадолго вышел, видимо, чтобы прочитать корреспонденцию без наших любопытных носов. Мы остались сидеть в кабинете, в том числе магистр Гбыр, правда, он в кресле, а вот мы втроём — на диване, и все, кроме меня, выглядели немного контуженными. Я же излучала уверенность и жизнелюбие, готова была даже записаться на факультативы к нашему несравненному ректору, если бы те существовали.
— Уважаемая и прекрасная леди, — внезапно начал Гбыр, обернувшись к девушкам, и Лизабетта смущённо улыбнулась. Но обращался он не к ней. — Я, конечно, не такой щуплый, — тут Гбыр поиграл бицепсами и даже брови попеременно поподнимал, чтобы впечатлить Огмырк, — но тоже не прочь, если вы согласитесь выступить на арене за меня.
Огмырк окинула преподавателя оценивающим взглядом, схватила меня за руку и притянула к себе. Именно в этот момент я поняла, что моя жизнь в академии будет ужасной — её превратит в пытку магистр Гбыр.
— Тролли так быстро своих решений не меняют! — воскликнула моя подруга.
Как жаль!
Вернувшийся ректор окинул нашу троицу (магистра Гбыра миновала сия участь) недовольным взглядом и в итоге выдохнул:
— Можете быть свободны… А вы, Лиар Рамбовский, отправляйтесь собирать вещи. Сегодня же подпишу приказ об отчислении.
Сказать, что у меня земля ушла из-под ног, это ничего не сказать. Это он мне? Той, которая с удовольствием слушала два часа его проповеди на тему “возлюби ближнего своего”? Я даже рот приоткрыла, но так и не нашлась, что сказать. Зато Огмырк — нашлась:
— Это несправедливо, эрс Тияр! Лиар не виноват!
— Виноват. Здесь не место слишком любвеобильным студентам.
Что? Простите, это он точно обо мне? Ввиду того, что ему прекрасно известна моя половая принадлежность, его слова звучат совсем смешно! И кажется, он сам прекрасно это понимает, потому что смотрит на меня таким взглядом, что… хочется молчать, да. И ждать дальнейшего развития событий.
— Вовсе он не такой, — фыркнула Огмырк. — Он — чудесный! — И уже после, обернувшись ко мне, утешила: — Не волнуйся. Мы с тобой поженимся, и я буду тебя обеспечивать. Не нужно тебе это образование! В крайнем случае окончишь какое-нибудь училище по бытоводству. В конце концов, навык вышивать крестиком ещё никому не повредил.
И то правда. Вот только я замуж за Огмырк (или жениться на ней, тут как посмотреть) точно не собиралась! Я вообще влюблена в одного несносного дракона, который украл мой покой, а ещё разбил все мои мечты своими подозрениями, так что в брак пока вступать точно не планирую. Вышивать крестиком — тоже. Не моё. Хоть и не пробовала, а уже чувствую — не моё.
Я запаниковала. Куда я пойду из этой академии? Родственников не помню, как и друзей. Жизни за пределами академии у меня нет. Причём ректор знает об этом. Так что же он задумал?
— Все свободны. Лиар — в общежитие, собирай вещи. Считай, что пары у тебя на сегодня закончились.
Где-то на подсознании я вспомнила, что сегодня ещё должно быть занятие по аэ-де… получается, его не будет? Впрочем, это моя самая маловажная проблема. Тем более сейчас я не горю желанием видеться с тем, кто пошатнул моё мировоззрение и заставил меня саму сомневаться в себе.
Все вышли, одна я осталась, с изумлением смотря на ректора.
— Не понимаю…
— Я просил тебя держаться подальше от его высочества. Я не мог тебя спрятать от него — мне не доступна магия, способная укрыть тебя от твоего истинного, а он не желал слышать меня. Я просил его уйти и не возвращаться, когда он найдёт того, кого ищет, но мои слова не возымели эффекта, — последнее ректор произнёс с усмешкой и плохо скрываемым раздражением. — Над его высочеством я не властен, но ты, пока находишься в этой академии и являешься её курсантом, обязана подчиняться уставу. Я приказывал тебе не приближаться к Даарту Ониксовому, но ты ослушалась.
Сначала я онемела от удивления, а затем нашлась что ответить, и голос звучал предельно холодно:
— Вы не в праве разлучать истинную пару. Как же ваш драконий кодекс чести? Никто из вас никогда не вставал на пути истинности!
— Не в этот раз, — сухо прокомментировал Тияр. — Прости, Лиар.
— Вы зовёте меня Лиаром, хотя все, кто знает о моём истинном облике, называют Лирой. Почему?
Ректор застыл и сложил руки на груди. Он знал моё настоящее имя, поэтому. И звали меня, судя по всему, вовсе не Лирой.
— И кто знает о твоём истинном облике?
Ой, кажется, зря я об этом упомянула.
— Не важно, — из вредности ответила я. — Расскажите же, что скрывается в моём прошлом. Почему вы так себя ведёте? И разве истинность не сильнее любой магии?
— В этот раз слишком рискованно проверять это утверждение.
Вот и что это значит? Обида охватила меня так резко, что я сама не знала, что делать со своими чувствами, настолько сильными, что мешали мне дышать. Со слезами в глазах я посмотрела на Тияра.
— Вы скрываете слишком много тайн, эрс Тияр. Например, моё истинное обличье. Да, и что за отношения вас связывают с Кёртис? Я помню ваш странный диалог в библиотеке.
