Дядька засмеялся:
– Вот врунишка! Я Вася, бомж из нашего парка. По прозвищу Ворон.
Тут Алешка в самом деле его вспомнил. Этот Вася очень хороший человек. Добрый, отзывчивый, аккуратный. А Вороном его прозвали за то, что одно время он жил в нашем парке на дереве. Соорудил там помост с крышей. Даже мебель туда затащил – матрас, кресло, столик, керосинку, посуду. У него и книги были. Все это он собрал на свалках и помойках. И если что-нибудь там полезное обнаруживал, всегда нам об этом сообщал. Честно делился находками. Папа с мамой до сих пор не знают, какие полезные вещи мы прячем в нашей кладовке.
– А где ваша борода? – спросил Алешка.
Бомж Вася провел ладонью по щекам:
– На помойке. Я ее сбрил.
– Жаль. Вам очень борода шла. Вы на Деда Мороза похожи были.
– Ничего, Лех, выпишут – новую отращу. Еще длиннее. А ты чего пришел-то? – И он хитро взглянул на Алешку.
– Просто так.
– Вот врунишка! Я тебя насквозь вижу.
Алешка понял, что вполне может довериться этому человеку. Не подведет и не обманет. А тот добавил:
– Ты не стесняйся, спрашивай меня. Я очень много знаю.
Как потом оказалось, это не была хвальба. Бомж Вася действительно очень многое знал. В силу некоторых особенностей его бродяжьего быта. Но об этом – в свое время, в своем месте.
– Я правда просто так, дядя Вася. Забыл, что Евгений Иванович перевелся в другую больницу. Пришел навестить. – И без всякого перехода ляпнул: – Кто к нему приходил? Следователь был?
– Так я и знал, что дело здесь нечистое. Скажу тебе: никто к нему не ходил. И следователь не был, не успел. Приехал вечером, а Женьки уж нет. Забрали его.
– Кто забрал?
– Двое, вроде как врачи. В халатах. Только знаешь что… – Бомж Вася задумался. – Халаты мне не понравились.
– Не очень белые?
– Не очень белые. И на врачебные не похожи. У меня такой халат был, когда я в пекарне, на хлебозаводе, работал.
– А они о чем с ним говорили?
– Да ни о чем. Сделали укол – и на носилки.
– Какой укол? – спросил Алешка.
– А я знаю? Успокаивающий. Он очень взволновался, когда их увидел. Руками… то есть одной рукой замахал и сказал: «Ну что вам еще от меня надо?»
– А они что? – Алешка слушал затаив дыхание.
– Да ничего. Говорят: «Не боись, мужик, мы тебя вылечим». Нет, не так. Вот так: «Успокойтесь, больной, мы вам поможем». И укол ему вкололи. Он и затих.
– Я так и думал, – вздохнул Алешка. – А больше никто его не навещал?
– В тот день-то? – стал припоминать Вася. – А! Вот как вы ушли, девушка его навестила. Невеста, что ли…
– Какая девушка?
– Молодая. Женского пола.
– Как зовут?
– Не знаю. Женька ее Лидочкой называл. Или Людочкой.
– Или Милочкой, – сердито вздохнул Алешка.
– Точно! – согласился бомж Вася. – Леночкой. Так и сказал, когда она прощалась: «До свидания, Аллочка».
Алешка вернулся в школу к третьему уроку. Он зачем-то постоял перед «Нашей гордостью», наверное, в очередной раз полюбовался маминой фотографией, а потом пошел в свой класс.
– Как бабушка? – с тревожной заботой встретила его Любаша.
– Чья? – уточнил Алешка.
– Ваша, конечно.
– В порядке! – похвалился заботливый внучек. – Я ей апельсинов подарил и все наволочки перетаскал.
Любаша удивилась – Алешка спохватился:
– Из прачечной. А завтра опять к ней поеду. Надо из прачечной простыни забрать.
Чтобы совсем не запутаться, Любаша предпочла его дальше не расспрашивать. Алешка вообще ее слабость. Она ему многое прощает. И, кажется, немного побаивается.
– «Тогда мы идем к вам!» – объявил Алешка и пошел ко мне. – Ты вот тут, Дим, – с укором заявил, – ничего не делаешь, только учишься, а вот я целый грузовик наволочек перетаскал на пятый этаж. Пешком.
– А зачем нам столько наволочек?
Алешка ответил не сразу – дождался, пока мимо, топоча и ржа, промчится стадо первоклашек, и сказал:
– Нашей школе угрожает опасность.
Удивил. Там, где собирается в кучку больше трех пацанов, там всегда возникает опасность. А уж когда их тысяча!.. Тысяча опасностей.
– Зря смеешься, Дим, – грустно укорил меня Алешка. – Школу хочут взорвать.
– Хотят, – поправил я. И этому тоже не удивился. Сколько раз уже пытались. Как контрольная в седьмых классах, сразу в милицию звонок. И никаких контрольных.
– Дим, – серьезно сказал Алешка. – Нужно проверить одно дело. Ты мне поможешь. И тебя потом тоже повесят на «Нашу гордость». Ну, не тебя, конечно, целиком, а твою фотографию. Обязательно повесят!
– Надеюсь, не посмертно? – усмехнулся я.
– Я тоже на это надеюсь. Достань мне ключи от чердака.
Да, это задачка. Всеми ключами в нашей школе командуют два человека – охранник Костя и наш завхоз, он же трудовик – учитель по трудовому воспитанию нашего неуправляемого контингента. Как говорит директор-полковник. Ну, с охранником не договоришься, а вот Блин-картошка – человек простодушный и доверчивый. Вроде меня.
