– Конечно, верю. И меня это тоже беспокоит. – Она хмурится. – Знаешь, я завтра не пойду на работу. К тому же я взяла финансовые отчеты с собой, поработаю дома, и мы будем дежурить с тобой по очереди, не выпуская Сашу из виду.
– Да… да…
– А если ей рассказать?
Даня медленно проводит пальцами по корявым цифрам
– Алекса не поверит, я уже пытался. Она даже не хочет говорить об этом… – Он шевелит забинтованными пальцами. – А про мой дар и заикаться бесполезно.
Галина вздыхает:
– В любом случае мы не позволим ей умереть. Папа не просто так нас предупредил. А значит, будущее можно изменить.
– Спасибо.
– За что? – Она вскидывает брови.
Такая теплая и уютная, пропитанная ароматом леса. Вблизи ее серые глаза еще прекраснее. Их темный ободок и плавленое серебро притягивают взгляд. И если рядом с Алексой он чувствует себя бестолковым мальчишкой, то рядом с Галей все иначе.
– Ага! – В комнату врывается Злата и тут же поспешно закрывает за собой двери, переходя на шепот. – Ребята, вы меня простите, но я все тщательно подслушала.
– Злата! – Галя недовольно щурится.
– А что? Как иначе мне добывать инфу? Ой, успокойся, я могила, к тому же ваши секретики напоминают мне детский сад, когда я втирала Гале, что существуют маленькие феи, живущие в тюльпанах. – Она хихикает.
– Необязательно об этом вспоминать.
– То есть ты не веришь? – уточняет Даниил.
– Даня, – она многозначительно улыбается, – в отличие от тебя, я прекрасно понимаю, что творится между вами двумя. – И она подмигивает Гале, которая тут же заливается румянцем.
– Прекрати, Злата! Вечно ты все портишь. – Галя вскакивает с дивана и убегает из комнаты, оставив сестру истерически хохотать.
– Даня, ну ты-то умный парень. Ты-то видишь, что из себя представляет Лекси и какое на самом деле сокровище наша Галя?
– Я… – Он стискивает скетчбук и безжалостно мнет страницы. Спокойный разговор благодаря Злате за секунду превращается в шторм. – Я… – Он задумчиво смотрит на место, где сидела Галя.
– Ладно, – Злата закатывает глаза, – оставлю тебя восстанавливать словарный запас. Но запомни: посмеешь обидеть мою девочку, а я говорю про Галю, и я выцарапаю твои голубые глазки.
Клим нервно стучит в дверь Лекси и замирает в ожидании крика. Но на удивление его встречает тишина. И от этой тишины скручивает живот.
Скотина! Придурок!
Нет слов, чтобы описать, какой же он мудак. Клим прислоняется лбом к двери и усмехается. Продал сестричку. Ну да. Не в рабство и не навсегда, но будь он на месте Лекси, послал бы себя куда подальше.
Клим шумно выдыхает и надавливает на ручку двери, и та с легкостью поддается.
– Лекси? – зовет он и замечает сестру на кровати.
Она сидит спиной ко входу, на полу валяется норковая шубка, которая кажется уродливой мертвой грудой. Лекси сжимает покрывало тонкими побелевшими пальцами и молча раскачивается взад-вперед. Такая худенькая в этом красном платье. Любимый цвет теперь становится ему противен.
– Лекси, ну прости! Я идиот… – Клим закрывает дверь, поднимает с пола шубу и кидает на кровать. – Я места себе не находил, пока ты была в ресторане. Хорошо хоть, Даня писал мне смски.
Но она молчит. Сидит, впившись взглядом в стену, словно там для нее открылось окно в новый мир, прекрасный и волшебный, далекий от ужаса их реальности.
– Лекси, он тебе что-то грязное сказал? – Неловкая попытка разговорить сестру. – Ты только скажи, и я набью ему морду! И плевать, что я все еще должен. Он обещал вести себя как джентльмен! – Клим свирепеет.
Не стоило доверять Игнату. Чертов дурак! Лучше бы он вернул ему в два раза больше денег. Устроился бы к Арсению, работал бы год, два или даже три бесплатно – столько, сколько понадобится, пока не отработал бы весь долг.
– Он. Ничего. Не. Сделал, – наконец цедит Лекси.
Она переводит на Клима взгляд, и он ежится от холода, который пробегает по телу.
– А вот ты – сделал. Убирайся, Клим, из моей спальни, – и она снова отворачивается.
Вот так быстро и резко, словно выдергивает больной зуб, Лекси заканчивает их разговор.
– Как мне заслужить твое прощение?! – восклицает Клим и падает на колени рядом с ней. – Хочешь, буду твоим интернет-рабом, буду встречаться с твоими подписчицами, отвечать на скучные вопросы в директе? Придумай что угодно.
Но Лекси только сильнее отворачивается.
– Уходи!
– Нет, пока ты не скажешь, как мне заслужить твое прощение!
Лекси тихо стонет, как будто ее режут по живому, и бросает на него короткий взгляд:
– Завяжи с азартными играми. Иначе я больше никогда в жизни с тобой не заговорю.
Клим сглатывает и поднимается на дрожащие ноги:
– Я… я постараюсь.
– Нет, Клементий. Ты сделаешь это, иначе ты не Вольф! Вольфы никогда не пасуют перед человеческими слабостями. У Вольфов сильная воля. И ты докажешь это! – Она пронзает его темным взглядом, и Клим невольно отшатывается. – А теперь уходи. Я хочу побыть одна хотя бы ночью. – И Лекси зарывается лицом в подушку, закидывая на кровать ноги в сапогах.
Бессмысленно что-либо говорить. Или делать.
