Только я, в отличие от остальных действующих лиц, сохранила способность трезво мыслить. Явление призрака Скавронской не лезет ни в какие рамки! Кто такая женщина в розовом платье, представшая перед нами? Лица ее я не разглядела. Его закрывали пряди волос, челка и маска. Что она притащила в склянке? Похоже, мы все, находившиеся в спальне Нины, впали во временное безумие, если разрешили хозяйке дома взять бутылочку. Пришелица прихватила с собой пустую тару. С другой стороны, ведьма все же оставила следы. Арина права, звонок сам по себе не заработает. Пусть в лаборатории снимут с кнопки отпечаток пальца и прогонят его через базу данных, авось отыщется личность, исполнившая главную роль в спектакле. А еще розовый лоскут. Он висел на кусте недолго, скорей всего появился там сегодня в районе полудня.
Отчего я пришла к такому выводу? Вчера ночью шел сильный дождь. Впрочем, он моросил еще и утром. Когда я подходила к крыльцу дома Лаврентьевых, с крыши капало, но солнце уже вышло из-за тучи и стало пригревать. Шелковому обрывку не удержаться на кусте во время ливня, и уж совершенно точно он не сохранится чистым. Следовательно, незнакомка прошмыгнула под окном уже после непогоды. Смею предположить, что изображала привидение вполне реальная женщина. Кстати… Неужели колдунья при жизни ходила в одежде поросячьего цвета? Скорее всего, она носила черную одежду. И вот ведь ловкая особа. Воспользовалась тем, что мы бросились к Нине, и незаметно испарилась.
Течение моих мыслей прервал звонок мобильного.
– Мама в коме, – сообщила Арина, – без сознания. Ни на что не реагирует.
– Она жива! – обрадовалась я.
– Физически да, – заплакала Арина, – ее к аппарату подключили. Прогнозов никаких. Соображений по поводу того, отчего она впала в это состояние, тоже. Сейчас врачи делают всякие анализы, я сижу в коридоре.
– Езжай домой, – посоветовала я.
– Оставить маму одну? Нет.
– Ты ей ничем не поможешь. Нина не видит тебя.
– Я буду с ней разговаривать, – упорствовала Арина.
– Думаю, Нинуша тебя не слышит, – осторожно сказала я, – кома не дает человеку возможности общаться.
– Ты не врач!
– Верно.
– А медсестры сказали: необходимо сидеть и держать ее за руку, – кипятилась Арина. – Они видели, как люди неожиданно из комы выходят. Кое-кто из больных потом сообщал, что все чувствовал и понимал, но сказать не мог. В общем, я с места не сдвинусь.
– Конечно, конечно, – поспешила согласиться я. – Привезти тебе поесть?
– Тут есть буфет. И люди очень милые, разрешили около мамы ночевать. Володя, мой жених, постоянно рядом, он здесь главный, обо мне все заботятся. Королев гениальный врач и непременно спасет маму. Ей станет лучше!
– Если Володя советует, то активно беседуй с Ниной. Она обязательно поправится! – оптимистично сказала я. – Вернется домой, обнимет Эрика, погладит Венедикта… Вот черт!
– Что случилось? – закричала Арина, у которой, похоже, нервы были натянуты как гитарные струны.
– Ерунда, какой-то идиот решил меня подрезать, – лихо соврала я, включая левый поворотник.
– Ты за рулем?
– Ну да, на шоссе.
– Тогда тебе лучше не болтать, – занервничала Арина, – я позвоню позже.
Я поставила трубку в специальную подставку на торпеде. Ее подарил мне Аркадий, и мне помимо воли приходится ею пользоваться. Я не люблю думать о мелочах, предпочитаю, завершив беседу, швырнуть сотовый на пустое сиденье, но Кеша аккуратист и пытается приучить окружающих, в том числе и меня, к порядку.
Я опустила стекло и помахала рукой машине из соседнего ряда. Окошко иномарки приоткрылось.
– Что случилось? – спросила дама за рулем.
– Разрешите встать перед вами, – попросила я, – хочу развернуться.
– Пожалуйста, – кивнула она.
Я довольно ловко вклинилась перед милой особой, поморгала аварийкой и повторила трюк с окном. На этот раз откликнулся мужик в кепке.
– Че надо?
– Извините, там, впереди, разворот.
– И че?
– Пропустите меня, пожалуйста.
– Че?
– Мне надо повернуть.
– И че?
– Сейчас поток тронется, я не сумею выполнить поворот, подождите пару секунд, я встану перед вами.
– Офигела, что ли? Я тороплюсь.
– Всего несколько мгновений! Поеду перед вами только до разворота.
– Научись шоферить, а потом за руль лезь! – гаркнул мужик и закрыл окно.
Я вздохнула. Автомобили впереди ожили, хам ринулся вперед. Ну вот, теперь придется ехать до другого разворота…
Внезапно «газель» в левом ряду поморгала фарами. Я высунулась в окно – водитель, белобрысый парень, замахал руками. Полная благодарности к юноше, я перестроилась, развернулась и полетела назад в Киряевку.
