Гости разъехались по домам. Мацик расцеловался со всеми: и с оми, и с омегами брата, с которыми заметно подружился, и, заручившись обещанием о приезде Хатима, умчался на Землю, готовиться к защите диплома и строить великие планы на будущее. Айдан улетел вместе с семьей Джабаля «погостить на какое-то время». Омежки стали переделывать комнаты на этаже Алишера под свой вкус и потребности, а от самого Алишера с тихими смешками старательно отмахивались. Поскольку у них на носу поступление в разные институты, а вот Алишеру «только одного и надо!». Альби попытался в эти дни посильней загрузить сына периферийной работой, так, чтобы он больше времени проводил в седле и на свежем воздухе, хозяйским взором инспектируя то одно, то другое.
Через несколько дней он собрал сына и его омег для серьезного разговора, огорошив их всех неприятной новостью – своей властью хасеки он не даст разрешение на отъезд гарема с Сабаха до тех пор, пока омежки не родят ему по ребенку. А в том, что они вскоре все забеременеют, он нисколько не сомневался. Каждый молодой наложник, да и просто омежка, получая регулярный секс с благоприятным партнером, а Алишер, безусловно, подходил каждому из пяти наложников, получал гормональную встряску организма, и как результат, беременел даже без течки. Вот и они все пятеро вскоре забеременеют, хотят они того или нет. Зато потом они смогут, родив и оставив ему малышей, с чистой совестью лететь учиться на Землю. Следуя гормональному циклу омег Сабаха, после родов в ближайшие пять лет они не будут беременеть, а следовательно, смогут отучиться и закончить свое образование, не путаясь в пеленках и не просыпаясь от крика новорожденных. А он, как оми эмира и главный омега гарема, сможет присмотреть за всеми малышами и даже может пообещать, что время от времени будет навещать их с детьми в периоды между каникулами.
Омежки расстроились и надули губы, Алишер попытался протестовать, видя расстроенных омежек, но Альби был в своем праве не выпускать гарем с Сабаха. А еще через неделю стало понятно, что Лучик, который получил имечко Данаб, что значило золотой, уже благополучно понес. Шерри примчался в гости, услышав такую новость, с подарками для всех, а омежки вдруг взглянули на Альби другими глазами и как-то сразу смирились с ожидаемой новостью. Еще через неделю беременность подтвердилась у Пышечки, ставшего Азилем, что значило нежный, совсем, как его ванильный запах, и у Сони, ставшего Джудом, что значило щедрый, пахнувшего петрушкой, задорно и пряно. Вскоре и тихоня Мышонок, ставший Фелахом, что значило арабский жасмин, опустив глазки, сообщил об изменении своего статуса. И только у Ёжика - Хадиля ничего не получалось.
Альби посоветовал Алишеру забрать одного Хадиля и вывезти в пустыню, чтобы побыть с ним в тишине и наедине. Возможно, он сильно напряжен и ему нужно время, чтобы расслабиться и получить удовольствие в полном объеме. А заодно и остальные омежки по нему соскучатся и, возможно, перестанут задирать свои красивые носики, когда к ним лезут с поцелуями и нежностью. Алишер так и поступил, быстро перецеловал всех, подхватил на руки Хадиля и умчался с «омежьим выездом» в самое сердце Золотой чаши. Подальше от сортировочных центров, но под присмотром альф охраны. Которые, впрочем, не мелькали перед глазами молодой пары и только слуги, как мыши, шуршали по углам, торопясь сделать все максимально комфортно и удобно.
Через неделю они вернулись довольные и светящиеся изнутри. Алишер, целуя оми по возвращении, сообщил тихо, что у них с Хадилем «все получилось». Альби тоже расслабленно выдохнул и повесил себе в кабинете календарь счастливых ожиданий. Точно так же в его кабинете остался тот самый опаловый гарнитур, который Ясмин поставил на кон. Это оказались не браслет с серьгами, а набор письменных принадлежностей, вырезанных из цельных кусков опала. Там были и чернильница с песочницей, и пресс-папье, и стаканчики для перьев, и несколько ножичков, чтобы чинить перья или вскрывать конверты, и еще всякие зажимы для бумаг и грузы, чтобы прижимать углы карты, и еще куча необычных предметов, очень красиво стоящих на его рабочей столешнице в кабинете.
Серьги от Фарида он бросил в шкатулку с драгоценностями, фамильную вазу от Шерри выставил в своей гостиной, а вот вырезанных из драгоценных камней пять рыбок из коллекции Абаля раздарил наложникам сына в произвольном порядке. Он все равно смотрел на подобные сувениры, как на пылесборники, а не красивую работу резчиков. Благо, будущие папочки и абитуриенты восприняли эту задержку в исполнении своих мечт с пониманием и, ознакомившись с литературой по данному вопросу, занялись дальнейшим штудирование учебников для своих будущих институтов. Переговорив друг с другом, они решили, что это скорее благо, и теперь они точно смогут заняться только и исключительно учебой.
- Ты так уверен, что они оставят детей сразу после родов? - удивился Ясмин, услышав о подобном.