Смешная запустила программу стыковки и спустя четверть часа манёвров, мы сидели в кают-компании.
Пока я смаковал печенье, в голову пришла мысль, что Василису назначили в группу как противовес мне. Нужно заметить, очень действенный противовес. Её мотивация была не противоположна моей, а параллельна, не тормозила общее дело, но поворачивала наш центр масс таким образом, чтобы действовать в различных ситуациях совместно.
– Корабли группировки, которая вторглась в Коцит, совершенно не похожи на те, что нападали на флот Союза, – Айдар выложил на стол планшет с результатами анализа.
Смешная пальцами бегло пролистала отчёт и пододвинула ко мне.
– Это пираты или рейдеры, – уверенно сказал я, не глядя в текст и сравнительные таблицы, – Это начало очередной волны. Некоторые "забытые" колонии развиваются достаточно, чтобы самим создавать транспорт, но контролируются слабо – всесильная Мамочка не справляется, а ресурсов Гегемонии, остающихся после гедонистического потребления центральными мирами, недостаточно чтобы исключить собственные потери. Сначала рейдеры нападают на ближние миры, жирнеют, а когда натыкаются на неприступное ядро Гегемонии, то отражаются, складываются друг с другом и движутся только в одном направлении – в сторону СЗиКа.
– Раз это происходит постоянно, то почему никто не борется с причинами? – Айдар немного обиженно вертел в руках планшет со своей кропотливой работой, которую я проигнорировал.
– Мамочка правильно поняла, что источник превосходства Директората и всех глав корпораций находится там же, где и причина появления пиратов, – ответил я, – Это очевидно. А её главная задача, на которой строится вся её личность: сохранение стабильности положения бессмертных. Это неразрешимое противоречие.
Василиса закусила губу. На лбу у неё проявились глубокие морщины, и она очень пристально посмотрела мне в глаза, чтобы задать вопрос, но я её понял без слов:
– Я не знаю точно, почему Большая Мамочка помогла мне. Ей удалось создать квазистабильное государство, но его внутренние проблемы требуют от неё постоянной ручной регулировки. Скорее всего ей скоро перестанет хватать вычислительной мощности, чтобы выполнять свои задачи, и она ищет новые пути. А может ещё что-то…
– Я предпочитаю относиться к ней как к врагу, – Смешная произносила слова медленно, словно вдавливала их в меня.
– Я тоже, – в этом вопросе мы оказались единодушны.
– След пиратов после нырка был зафиксирован, – Эджус встал и развернул голограмму со схемой галактики, – Вот тут и тут области, из которых с наибольшей вероятностью стартовала группировка, – навигатор обвёл пальцами участки, которые сразу же подсветились, – Довольно большой разброс, но…
– У нас нет времени этим заниматься, – отрезал я.
– Внутренние конфликты врага могут стать основой для стратегии Союза, – было видно, что навигатор разозлился: губы сжались, вокруг носа появились складки, но, главное, его голос срывался и дрожал.
– Во-первых, не врага… – я сделал паузу, чтобы до всех дошёл смысл. Сначала на лицах навигатора и техника отразилось удивление и недоумение, но быстро сменилось пониманием, и следующие слова получили право быть произнесёнными, – Во-вторых, использовать можно только конкретный конфликт в конкретных условиях. Вот скажи, Эджус, как можно использовать пиратов против Гегемонии?
– Дать пиратам преимущество… Оружие, например…
Василиса, сразу понявшая мою мысль, хмыкнула и покачала головой, а Айдар с интересом наблюдал за ходом спора.
– Допустим… Вот победят пираты. Развалят экономику Гегемонии, перережут всех бессмертных – а заодно ещё кучу работяг – и займут их место. Что дальше делать Союзу? Искать следующих бандитов, чтобы сдерживать новый Директорат? А может сразу вооружить "дыроколами" автоматизированные эскадры и стереть начисто половину галактики? Рейдеров можно использовать только после того, как они добровольно и осознанно присоединятся к нашей цели.
До Эджуса наконец дошло, и, судя по гримасе, осознание вызвало сильное чувство стыда.
– Следующая точка маршрута, – я указал пальцем на звёздное скопление, где по данным с Коцита располагались крупные верфи флота, – Пока всё складывается удачно, нужно разузнать побольше об их технологиях. Особенности их научной мысли и экономики эффективнее всего использовать для разработки стратегии.
Я допил остатки травяного чая и посмотрел на контейнер, где Василиса хранила заварку – оставалось совсем немного, но должно хватить, пока мы не вернёмся домой. Жаль, что сгущённое молоко уже очень давно исключили из корабельного запаса и заменили порошковым аналогом. Вкус тот же, состав идентичен, но ощущения совсем не те. Если заранее знать, конечно же. Я бы с завязанными глазами не отличил чай со сгущёнкой от чая с порошком, но знание заставляло мозг находить отличия, а он, прокачанный имплантами, легко справлялся с этой задачей.
– Завершён безопасный расчёт перемещения, – бортовой ИИ просигналил о готовности к нырку.
