Мне довелось слушать лекцию американского полковника — ветерана корейской войны, — описывавшего, среди прочего, как эффективно использовалась там полевая артиллерия. Батареи устанавливались в одном-двух километрах за линией траншей и огневых точек. Всё пространство перед траншеями разбивалось на карте на квадраты и заранее пристреливалось. Когда китайская пехота кидалась на штурм, радистам в траншеях оставалось только передавать на батареи номера соответствующих квадратов, и шквал снарядов сметал половину наступающих ещё до того, как они попадали в сферу огня пулемётов.
Китайцы потеряли в этой войне около миллиона солдат, северокорейские коммунисты — полмиллиона. Потери американцев и их союзников — около ста тысяч.[262] После подписания перемирия в 1953 году произошёл обмен пленными между сторонами. В плен к американцам попало 150 тысяч северных корейцев и 20 тысяч китайцев. 23 тысячи пленных попросили не посылать их обратно и начали новую жизнь в Южной Корее и на Тайване.[263]
Американская сторона продемонстрировала в Корейской войне не только превосходные боевые качества, но и политическую мудрость. С самого начала командовавший войсками генерал Дуглас Маккартур, имевший огромный опыт отношений с народами Азии, обращался с южными корейцами как с союзниками, а не как с марионетками. Он не пытался сместить южнокорейского президента Сингмана Ри, несмотря на то, что его методы правления были далеки от американских представлений о демократии. Ри энергично руководил действиями южнокорейской армии, остался на своём посту и после войны вплоть до 1960 года.[264]
Совсем по другому разворачивалось вмешательство США в гражданскую войну во Вьетнаме.
После ухода французов из Индокитая (1954) страна распалась на две части. В северной укрепились коммунисты во главе с Хо Ши Мином, в Южной к власти пришёл решительный националист Нго Динь Дьем. Он приложил усилия к тому, чтобы помочь обосноваться на юге миллиону вьетнамцев, бежавших с севера от «красных». Его методы правления были вполне диктаторскими, однако при президенте Эйзенхауэре американская администрация смотрела на это сквозь пальцы и помогала Южному Вьетнаму деньгами и оружием.
Но правительство Джона Кеннеди, исповедовавшее либерально-демократические идеалы, воображало, что с мировым коммунизмом можно бороться, не нарушая принципов демократии. Оно поддержало заговор южновьетнамских генералов, и в первых числах ноября 1963 года Нго Динь Дьем был свергнут и убит. Ханой пришёл в восторг:
«Мы не подозревали, что американцы могут быть так глупы, — вспоминал потом один из командиров Вьетконга. — Дьем был самым непримиримым и упорным врагом коммунизма».
Видимо, «красные» учли опыт корейской войны. Они избегали боёв с американскими подразделениями на открытой местности, нападали из засад и быстро исчезали в джунглях. Вербовка местного населения производилась примитивным, но весьма действенным способом. Небольшая группа вооружённых вьетконговцев входила в деревню, выстраивала мужчин в ряд, первому в ряду задавали вопрос: «Ты записываешься во вьетконг?». Если спрошенный пытался отговориться по какой-нибудь причине, тут же получал пулю в голову. Понятно, что после этого второй, третий, четвёртый и все остальные отвечали «да». Отряд «новобранцев» выходил из деревни и пополнял ряды «красных».
Чтобы пресечь эту практику и лишить вьетконговцев источников снабжения продовольствием, американцы сгоняли крестьян в большие огороженные поселения, вход в которые возможно было охранять и контролировать. Этот процесс обманчиво назывался «замирением» (pacification). Но выяснилось, что партизанские отряды вьетконга имели какие-то способы запугивать и тех, кто находился внутри этих резерваций. Поддаваясь угрозам, крестьяне посылали деньги по почте в указанные адреса, то есть платили налог Северному Вьетнаму.[265]
В своё время, после разгрома Японии, генерал Маккартур нанёс визит вежливости японскому императору. Это признание престижа национального лидера произвело огромное впечатление на весь народ. К сожалению, американские дипломаты во Вьетнаме не понимали, как важно беречь чувство собственного достоинства тех, кто сражается бок о бок с тобой. Генри Киссинджер обращался с президентом Южного Вьетнама Нгуэном Ван Тью не как с союзником, а как с марионеткой, вёл без его ведома и согласия секретные переговоры с посланниками Хо Ши Мина в Париже, делал им уступки, на которые президент Тью никогда бы не согласился.[266] Для американцев главным было покончить с войной, которая тянулась уже десять лет и вызывала бурю протестов в США. Они ушли из Вьетнама в 1973 году, а два года спустя Ханой нарушил все условия мирного договора, пересёк линию демаркации — 17-ую параллель, и водрузил своё знамя над Сайгоном.
