Я задумался. Задумался о том, что раньше, когда я был моложе, алкоголь был «как способ молиться». Голова прояснялась, я начинал видеть и понимать, то, что раньше было недоступно. Мне казалось, я могу разговаривать с Богом. Я видел главный путь, я знал, куда идти и что мне делать дальше. Но с течением лет, с более регулярным употреблением, я потерял эту способность. Теперь алкоголь – это только аперитив и способ снять стресс или физическую усталость. Короче, привычка напиваться.
– Водка просто стала поганой, – неожиданно для меня, лениво произнес Саша.
– И бабы не те, – вздохнул Аркадий Октябринович, – старые все какие-то.
Я в замешательстве опустил глаза внутрь своей кружки и в ужасе натолкнулся там, на совершенно жуткую круглую рожу. Я решил не признавать ее в качестве своего отражения. Я еще мог допустить, что Саша читает мои мысли, но чтобы старый коммуняка вспомнил о женщинах… Я одним глотком выпил содержимое кружки вместе с поселившейся там комнатой смеха. Не проверяя результат, протянул ее Аркадию Октябриновичу:
– А хотите, я расскажу, как летал на воздушном шаре?
Старик, молча кивнул головой, разлил медовуху по кружкам, и я начал свой рассказ.
Землю глазами огромной птицы, которая летит, медленно поднимая и опуская крылья, я уже видел. Может это мне приснилось, а может я в прошлой жизни был птицей…
Или еще буду. Но ощущение величественных взмахов крыльев, их ритм, и пейзаж, проплывающий подо мной, прочно висят в моей голове.
Думаю, побывал в теле орлана-белохвоста. В университете я специализировался на изучении хищных птиц, поэтому мой выбор не случаен. Крупных птиц у нас немного, а ландшафт за бортом был явно не африканский: какая-то северная река, прозрачная вода, галечное дно, по берегам тайга и до горизонта сопки. И точно не беркут, окровавленный клюв – это не мой образ.
Единственное, что меня тяготит в этом фрагменте жизни – это одиночество. Я большой, я огромный, вокруг бездонное синее небо, но никто не летит со мной рядом, не с кем разделить это пространство.
Короче полет на воздушном шаре меня особо не прельщал, и само словосочетание вызывало ассоциации «Незнайка на Луне – Незнайка неизвестно где – Незнайка на воздушном шаре». Но все произошло случайно и само собой.
Я с женой и наши компаньоны Славик с Наташей отправлялись в поход на байдарках дней на 10-12, отпуск. В стране – перестройка, в деревенских магазинах – пустые полки, даже на колобок не наскребешь, скреби не скреби. У бабулек еще водились курочки Рябы, но с золотыми яйцами они расставались неохотно, только в обмен на индийский чай. Поэтому запас продуктов на все путешествие приходилось тащить с собой. Ноша вместе с палатками, байдарками и прочим барахлом (снаряжением, как сказали бы крутые туристы… но я даже слово «туристы» не перевариваю); так вот, ноша получалась непомерной. Поэтому Слава договорился с машиной и нас привезли прямо на берег реки. Конечно, я был против этого. Если не прешь байдарку, которая весит чуть поменьше тебя самого, через весь город, через троллейбус, автобус, метро и электричку, потом пять километров после электрички до речки, это уже не поход, это какой-то старческий маразм. Зачем тогда вообще, байдарки. Приезжай на машине, топчи траву на лужайке, если это не успели сделать до тебя, и лопай шашлыки на берегу реки. Раньше это, кстати, не очень было принято, это сейчас образ жизни – активный отдых называется.
Когда машина уехала, на берегу осталась копна наших вещей, которые, на первый взгляд, невозможно было разместить в двух байдарках. Обычно дело, оптический обман хаоса, потом каждая вещь все равно находит свою нишу. Но мало этого, Славик сгреб вещи в сторону и с величайшей гордостью показал мне ЭТО.
Я решил, что это бомба. Такие штуки любят рисовать в мультиках. И первая мысль, пролетевшая в голове, – ну ладно, взорвем где-нибудь в глуши.
– Слава, что это и зачем? – вопрошали наши женщины.
– Это баллон с легким газом! – отвечал Славик.
Вопроса – откуда – даже не возникло. Время было такое, каждый пытался урвать кусочек былого величия, кому досталась подводная лодка, кому шахта, кому металлургический комбинат…
Кому, вообще, кусочек страны в виде бывшей союзной республики…
– А вот Славику достался баллон с веселящим газом! – продолжил я. – Я прекрасно понимал Славу, это была технически идеальная штуковина! От нее нельзя было отказаться! Дизайн, пропорции, соотношение длины к толщине, какая-то космическая конструкция клапана… Непередаваемый цвет, я бы даже сказал «свет», абсолютно зеркальная поверхность, которая в зависимости от угла зрения светилась, то синим, то фиолетовым, то зеленым сиянием. Я считаю, что настоящий мужик, может не интересоваться футболом (его, вообще, придумали для бедных – сиди, кричи, пей пиво, смотри, как миллионеры гоняют по полю мяч, и не задумывайся), но настоящий мужик не сможет пройти мимо такой штуковины! Это генетическая память на уровне инстинкта!
