касается внешней природы, - то, например, закон движения планет, согласно
которому, как известно, квадраты времен их обращения относятся друг к другу
как кубы их расстояний, должен быть понят как внутреннее необходимое
единство различенных определений. Это единство постигается, конечно, только
спекулятивным мышлением разума, но в многообразии явлений оно открывается
уже рассудочным сознанием. Законы суть определения рассудка, внутренне
присущего самому миру; поэтому рассудочное сознание находит в них свою же
собственную природу и тем самым становится предметным для самого себя.
ВЏ423
Закон, который ближайшим образом есть отношение всеобщих, пребывающих
определений, имеет свою необходимость в себе самом, поскольку его различие
есть внутреннее различие; любое из его определений, не будучи внешне
отличным от другого, само непосредственно содержится в другом. Но внутреннее
различие оказывается таким образом, как раз тем, что оно есть поистине, то
есть различием в самом себе, или различием, которое не есть различие. В этом
определении формы вообще сознание в себе, содержащее как таковое
самостоятельность противоречащих друг другу субъекта и объекта, исчезло; "я"
в качестве высказывающего суждения имеет предмет, который от него не
отличен, - самого себя, - самосознание.
Прибавление. То, что в предшествующих параграфах было сказано о
внутреннем различии, составляющем сущность закона, - именно что это различие
есть различие, которое собственно не есть различие, - в такой же мере
справедливо и для различия, существующего в предметном для самого себя "я".
Как закон не есть нечто различенное только в отношении чего-то другого, но
нечто различенное в самом себе, нечто в своем различии тождественное с
собой, так то же самое справедливо и относительно "я", знающего самого себя,
имеющего своим предметом самого себя. Поскольку поэтому сознание как
рассудок имеет знание о законах, поскольку оно находится в отношении к
некоторому предмету, в котором "я" вновь находит противообраз своей
собственной самости и тем самым обнаруживает непосредственную тенденцию
развиться до самосознания как такового. Так как, однако, чистое рассудочное
сознание не поднимается еще до того, чтобы понять имеющееся в законе
единство различенных определений, то есть из одного из этих определений
диалектически развить ему противоположное, то это единство остается еще для
сознания, о котором здесь идет речь, чем-то мертвым, следовательно, с
деятельностью "я" не согласующимся. В живом существе, напротив, сознание
созерцает процесс самого полагания и снятия различенных определений,
воспринимает, что различие не есть различие, то есть, что оно не есть
различие абсолютно прочное. Ибо жизнь есть то внутреннее, которое не
остается только абстрактно-внутренним, но всецело переходит в свое
обнаружение; оно есть то, через отрицание непосредственного, внешнего
получающееся опосредствованное, которое само это опосредствование снимает до
непосредственности, - чувственное, внешнее и в то же время безусловно
внутреннее существование, - материальное, в котором внеположность частей
оказывается снятой, а единичное - низведенным до чего-то идеального, до
момента, до звена в целом. Коротко говоря, жизнь должна быть понята как
самоцель, как цель, которая в себе самой имеет свое средство, как
тотальность, в которой каждое звено, отличное от другого, есть одновременно
и цель, и средство. На основе сознания этого диалектического, этого живого
единства различенного воспламеняется поэтому самосознание - сознание для
себя самого предметного, следовательно, в себе самом различенного простого
идеального - знание об истине природного, о "я".
b) Самосознание.
ВЏ424
Истина сознания есть самосознания есть самосознание, и это последнее
есть основание сознания, так что в существовании всякое сознание другого
предмета есть самосознание. Я знаю о предмете, что он мой (он мое
представление), поэтому в знании о нем я имею знание о себе. Выражение
самосознания есть "я" = "я" - абстрактная свобода, чистая идеальность. В
таком виде самосознание не имеет реальности; ибо оно само, будучи своим
предметом, в то же время и не есть таковой предмет, ибо не существует
никакого различия между этим предметом и им самим.
Прибавление. В выражении "я" = "я" высказан принцип абсолютного разума
и свободы. Свобода и разум состоят в том, что я возвышаюсь до формы "я" =
"я", что я все познаю как принадлежащее мне, как "я", что каждый объект я
постигаю как звено в системе того, что есть я сам, - коротко говоря, что в
одном и том же сознании я имею и "я", и мир, в мире снова нахожу себя и,
наоборот, в моем сознании имею то, что есть, что имеет объективность. Это
единство "я" и объекта, образующее принцип духа, существует, однако,
первоначально только абстрактным образом в непосредственном самосознании и
познается только нами, рассматривающими, но еще не самим самосознанием.
Непосредственное самосознание еще не имеет своим предметом "я" = "я", а
только "я", - оно поэтому свободно только для нас, а не для самого себя, -
