Несколько хархов, преодолев робость перед святыней, схватили Иирха за голову и дернули. Соквоорг качнулся, пропустил сильный удар в лицо и упал под тяжестью навалившихся врагов. Он понимал, что встать ему уже не дадут.
— Отец Воорг! — взмолился умирающий демон. — Я… не смог…
— Вставай!!! — этот наполненный жизненной энергией рык был ему почему-то знаком.
Что-то свалилось сверху, потом еще.
Соквоорг открыл глаза. Исполненный ярости серый вихрь крутился меж ним и вражескими солдатами. И под нечеловеческим напором этого вихря стена хархов прогибалась и отступала.
Соквоорг, который был Фрохальком, столкнул с себя два трупа и, покачиваясь, встал. Потом приподнял конец голубой колонны, зажал его под мышкой и упрямо поволок к уже близкому провалу Щели.
Ругать себя было поздно и бессмысленно. Сейчас надо было выручать стротана Турига. Но как это сделать, Муций пока не знал.
Можно убить демона. При помощи хорошего удара по затылку или бурдюка с водой. Но после этого проклятые хархи прикончат их всех. И стротана тоже. Оставить все как есть, и пусть демон делает свое дело? Это тоже не выход. Во-первых, демон долго не продержится — умрет. А во-вторых, это риск. Душа стротана может навсегда остаться там, в Бездне Незнаемой.
Муций вертел возникшую ситуацию так и эдак. И в конце концов пришел к единственному оставшемуся ему решению — находиться рядом и действовать по обстоятельствам.
Он построил гвардейцев правильной фалангой, лучникам приказал держаться сзади и двинул отряд вперед.
Ноцайр наотмашь лупил мечом своих же солдат и почти охрип от крика. Ничего не помогало. К тому же из-за моста пришел второй демон, и один Иирх знает, сколько их еще осталось у реанцев в запасе. Первый же демон, изрубленный его солдатами, продолжал ползти со своей добычей — колонной Йирха. Ноцайр делал все возможное, но остановить его, похоже, было нельзя.
Второй демон оказался сильнее первого. Первый только и мог, что стоять на мосту, второй же сразу перешел в атаку, яростно кромсая мечом хархских солдат. И мало того, он нашел себе еще один меч и теперь вертелся, сея смерть обеими руками.
А Бугаша не было — его уже унесли вниз полумертвого, без правой руки. Теперь вся ответственность за исход битвы на перевале лежала на Ноцайре.
«Иирх, я же старался, старался, как мог!» — мысленно молился он.
Но было ясно, что потерю колонны Хухар ему не простит. Зуб Йирха Хухар с удовольствием воспользуется этим случаем, чтобы принести кожу командора Ноцайра в жертву Червю.
А может быть… обмануть мерзавца Хухара? Лишить его величайшего наслаждения?
Это, пожалуй, справедливо. Это будет наградой Ноцайру за долгую службу.
Он обхватил ладонью истертую рукоять меча и медленно пошел туда, где в гуще его солдат ярился и жутко рычал серый реанский демон.
Соквоорг легко исполнил его последнее желание, и Ноцайра не стало.
Соквоорг, бывший некогда боорингом Фрохальком, доволок тяжеленную колонну до парапета моста, а затем, расходуя последние силы, прислонил ее к парапету так, чтобы ее вершина нависла над пропастью. У него оставались считанные мгновения отпущенной ему жизни, и он пытался успеть перевалить идола через парапет.
Обхватив основание колонны руками, он с огромным трудом начал выпрямляться. И тяжелая колонна в конце концов поддалась его усилиям. Она все больше и больше нависала над пропастью. Потом она перевернулась и исчезла в бездне. По дороге колонна сильно ударила еле живого соквоорга основанием в лицо.
Капитан Муций был воином и, кроме того, реанцем. Поэтому он не смог бросить товарища, когда тот был беспомощен, а душа его маялась в Бездне Незнаемой.
Капитан Муций с огромным трудом приподнял тяжелое, закованное в броню тело Фрохалька и перевалил его через гранитный парапет моста.
— Воорг… Друг… — неслышно шептали разбитые губы бооринга, когда капитан Муций опускал его тело в Щель.
Так завершился земной путь Фрохалька, внука Хродрига, предсмертные подвиги которого легли в основу знаменитой боорской саги «Битва соквоорга со Змеем».
Соквоорг, некогда бывший стротаном Туригом, ясно видел перед собой цель и изо всех сил стремился ее достичь. Растоптать и отбросить с порога Реаны хищную голубую змею — вот что он хотел. Он хотел это каждой клеточкой своего тела, хотел всем существом. Он перешел в атаку.
Приобретенные когда-то давным-давно в Хермонской Академии рефлексы фехтовальщика возродились в нем. Он не просто убивал своими двумя мечами, он жалил ими. Он наносил врагам жгучие раны, заставляя их в панике бежать. Это было гораздо легче и эффективнее.
Соквоорг гнал, жестоко гнал своих врагов. Ему не требовалось их убивать.
Сразу за соквооргом следовали свои — гвардейцы, ведомые Муцием. Они шли ровной, блестевшей начищенными бронзовыми щитами стеной. Через каждые несколько шагов они ударяли мечами по своим щитам, выкрикивая «Хур-р-р!».
Соквоорг завывал, как голодный дракон, и в ярости мотал головой. Он был страшен.
