Единственный рисунок висел ровно над короткой записью перед тем, как пошли иероглифы, и это был лежащий поперёк меч. Я по наитию приложил лезвие клинка так, чтобы на него падало отражение с листа бумаги, и вскоре странные каракули сложились в приемлемый текст.
'Дорогой Владимир, если ты читаешь это, значит, я уже покинул ваш мир. Знай, есть и другие человеческие вселенные со своим ходом времени, здесь оно течёт иначе, но это даже к лучшему. Надеюсь, следующая моя попытка увенчается успехом, и я вернусь к семье.
Твой покорный слуга заигрался и случайно открыл феномен врат. Не знаю, ошибка это или благо, но отменить прогресс я уже не могу. Поэтому оставляю тебе высчитанные точные координаты «белых» миров. Их ещё никто не открыл, но, поверь, они существуют. Для удобства я пометил их сложность по нарастанию. Это прощальный подарок. Удачи, мой мальчик'.
Выходит, пока все остальные методом тыка испытывали удачу с белыми мирами, учитель забавлялся точными расчётами этих миров? Ну, развлечение такое, что поделать. От скуки вон книжицу написал.
Я мог сколько угодно иронизировать по этому поводу или восхищаться, но неизменно одно — мне дали шанс, жирный такой шанс осуществить свою мечту. Потому я крепко за него ухватился.
Следующим утром я заявился к смотрителю и выпалил.
— Мне нужен белый пропуск.
Чиновник вздохнул и взглянул на меня поверх очков.
— Владимир Денисович, вы решительно загоняете себя в могилу.
— Ничего, я вчера видел одного графа, так он…
— Константина Зайцева? Не советую брать с него пример, — покачал головой смотритель и вернул мне ярлык. — Это заядлый игрок, для него когда-нибудь всё плохо закончится. Думаете, он один такой умник? Многие пытались и почти все они бесследно исчезли.
— Я не все.
— И это я слышал уже тысячи раз…
— Извините, перебью, а я могу взять с собой лошадь?
— Что?
— Лошадь. Туда, куда я отправляюсь, там же нет ещё форпостов или городов. Ничейная территория.
— За гибель скотины мы не выплачиваем страховку, — строго ответил субтильный мужчина и сделал в моём пропуске дополнительную запись. — Удачи, Владимир, и на всякий случай прощайте.
— Ага, — я хлопнул ладонью по стойке и повёл своего серого в яблоках красавца во вчерашнюю комнату, специально настоял на ней.
— Черноярский? — удивлённо спросил знакомый маг, протягивая мне руку.
— Он самый, у меня белый допуск.
— Хо-хо, — весело удивился великовозрастный адепт.
— Филипп, я тебе что говорил по поводу эмоций? При гостях держи их при себе. Это непрофессионально.
— Так никто не узнает, он всё равно помрёт.
— Филипп, — строго посмотрел на него храмовник, и адепт замолк. — Прошу прощения, Владимир, можем его поменять.
— Нет-нет, Александр, я хочу, чтобы он всегда сопровождал меня на входе и на выходе из врат, — улыбнулся я, в то время как помощник мага чуть не споткнулся, когда нёс красный ящичек к постаменту. — Подскажите, а я могу сам выложить хронолитовый узор?
Филипп зыркнул на меня через плечо, доставая первый иероглиф. Вопрос повис в воздухе, и, казалось, Александр решает, что ему выбрать: завредничать и соблюсти все формальности, либо дать небольшую поблажку. Стоящий перед ним молодой человек, скорее всего, не выживет и как-то плохо вот так отказывать в последней воле.
— Филипп, отдай ему перчатку, — велел он подчинëнному.
Адепт снял её резким движением, и чуть было не бросил, но единственная оставшаяся извилина включила аварийное питание. Рука в последний момент смягчила жест.
— Он может случайно повторить уже открытые миры, — заметил тот магу.
— Ничего, я их все знаю наизусть, — скромно ответил его начальник.
«Ого, да он фанатик», — удивился я и напялил артефакт-линзу.
Без него последовательность не запустится. При этом каких-то заклинаний от меня не требовалось. Я подошёл к коробочке и вывалил на крышку нужные мне иероглифы, чтобы потом переложить их на плиту. Память у меня была хорошая, потому я без проблем справился с задачей.
— Интересно, — хмыкнул за спиной маг. — Такого мира точно ещё не открыто. Давайте начнём.
Он скрестил пальцы домиком и прошептал себе под нос заклинание активации врат. Символы на плите обрели объёмное свечение, механизм запустился.
— Идём, — я взял под уздцы коня и ласково погладил его по морде. — Не бойся, малыш, всё будет хорошо.
Цокая копытами, Адулай подобрался к мерцающим вратам и зашёл вместе со мной. Небольшое дискомфортное ощущение и мы вновь можем дышать, слышать и видеть. Раздался всплеск. Скакун встал на дыбы — не понравился перенос, переволновался. Я ощутил влагу и понял, что стою по щиколотку в воде.
«Да тут кругом вода!»
Я завертелся, оглядывая этот странный мирок. Пустота. Ничего нет, кроме бескрайнего океана. С опаской сделав шаг вперёд, я ступил на такую же глубину. Потом ещё десять шагов — всё ровно. Через кристально чистую поверхность отлично виднелось дно и мелкие рыбёшки размером с мизинец. Одна из них без какого-либо страха заплыла мне прямо в ладонь.
«И это монстр?» — спросил я себя, внимательно вглядываясь в безобидного живца.
