— Ио. — ТИА тысяча девятьсот девяностый, Зо. — ТЖА тысяча девятьсот семидесятый, Бо. — ТДБ тысяча девятьсот сорок первый, Бо. — УАГ две тысячи третий, Ио. — УББ две тысячи одиннадцатый… От букв и цифр перед глазами начало просто рябить, хотя одну закономерность я все же заметил.
— Народ, — произнес я со скучающим видом, подперев лоб рукой. — А вы заметили, что везде, где первая буква «У», дата от двухтысячного года, а там где «Т» — до двухтысячного. Проверьте, как у вас?
— У меня вроде так же. — произнес мой давний товарищ.
Раздался звук работающей клавиатуры и буквально через несколько секунд Ева произнесла:
— Ты прав, по всей базе литера «У» действительно соответствует двухтысячному и более поздним годам.
Храмовник, услышав наш разговор, ударил себя кулаком по бедру и воскликнул:
— Точно! Вот что значит думать не на родном языке, да и архивы эти свежие… Смотрите. Вот, например, этот документ. — экзорцист показал нам с Gato распечатанный на печатной машинке лист из папки которую он держал в руках. — Датируется тысяча девятьсот восемьдесят пятым годом, а в каталоге он промаркирован буквами ТЗЕ. Это значит, что тысячелетие и столетие, в нашем случае цифры один и девять, взяли и обозначили по русскому алфавиту буквой Т, если посмотрите остальные каталоги, то встречаются только Т и У девятнадцать и двадцать. — храмовник увлеченно рассказывал про свою находку, — А дальше, по всей вероятности, идет десятилетие — вместо восемь ставим З, а вместо пятого года ставим Е. Вот и получается ТЗЕ. Значит, нас интересует сочетание ТЗА, соответствующее тысяча девятьсот восьмидесятому году..
— Стоп. Погоди. Но ведь Т, это двадцатая буква алфавита? — я непонимающе уставился на храмовника.
— Все верно, но среди цифр есть ноль, вот и сместили все на одну букву.
— Сочетание перед ТЗА должно быть Мо. — неожиданно прозвучал голос Евы.
Резко обернувшись в ее сторону, я спросил:
— А это-то что значит?
— Тринадцатый отдел. Именно он занимался проектом.
— Ты что, сумела взломать их базу данных?
— Было бы что взламывать. Исходя из той информации, что там есть, нас интересует каталожный номер Новосибирск — Мо. — ТЖА.
— Я видел такой. — произнесли мы одновременно с Котом и каждый начал просматривать свои записи.
Зная теперь, что искать, мы еще раз прошерстили все каталоги. С нужными артикулами оказалось порядка десяти документов.
Я схватился за голову:
— Нахрен все так усложнять? — эта возня с папками и каталогами начала меня порядком раздражать. — Очень оригинальная система дополнительной защиты.
— Скорее, это бардак в документах — с небольшой усмешкой произнес Кот и сразу же получил ответный кивок от экзорциста.
— Признаться, за последнее время, поработав в этом городе, такое случалось частенько, так что вполне может быть.
— Ну е-мое, — только и вырвалось у меня.
Отсортировав бумаги, мы обнаружили, что нужные нам документы находятся в секциях 5С и 5В.
Не сговариваясь, мы рванули туда и замерли. Обе секции были совершенно пустыми.
— Да тут ничего нет! Вообще ни одной картонки! — возмущенно выдал Кот.
— Да мы заметили, — с досадой ответил я.
— Это что же, — послышался голос подошедшего Кридана. — Поход был напрасен? А кто его организовал?
С ревом Кридан саданул по шкафу, не выдержав такого издевательства, тяжеленный стеллаж со скрипом сдвинулся с места.
«И что теперь?» Глядя на задумчивое лицо экзорциста, я с досадой понял, что надежда найти какой-то невероятный способ одолеть Баанши только что с треском рухнула. Боковым зрением я глянул на негодующего тролля. «И, похоже, мы сейчас еще тут все передеремся»…
— Спокойно. — раздался голос Евы, она провела рукой по одной из полок стеллажа. — Поскольку пыли тут почти нет, можно предположить, что папки отсюда забрали совсем недавно. Максимум, дней пять назад.
— Хм, тогда у нас есть шанс. Придется искать журналы посещений и выяснять, куда было совершено перемещение. — холодный поставленный голос храмовника не выражал никаких эмоций, словно ему было все равно, найдем ли мы вход к этому подземному народу или нет. После его слов тролль как будто подобрался, готовый к любой неожиданности.
— Тут даже кое-что осталось, — произнесла Пика, вытаскивая из-под стеллажа, за едва торчащий краешек, ксерокопию какой-то подземной стройки. — хотя это нам вряд ли поможет.
Задумавшись, я словно отрешился от мира, мои компаньоны что-то говорили, но я не разбирал — все звуки стали доноситься до меня, словно через слой ваты, а в следующий миг я совершенно естественно скользнул в транс. Мир раскрасился в мириады цветов. Я пытался почувствовать связь этого листа с остальными документами и по ней уже выйти на след.
Пам. Меня словно кто-то тронул мягкой лапкой, кто-то, не несущий никакой угрозы. Кто-то, кому я был интересен. Пам. Ощущение повторилось, закрыв глаза, я начал оборачиваться.
