Я не знал, как правильно проводить подобный обряд, но когда к гулким ударам ладоней по натянутой коже добавилась песнь «Тон-Тон-Чичи-Тонг» беримбау в руках Мавра, я осознал, что все делаю абсолютно правильно. Я кружился в безумном танце, звал духов и мне отвечали.
До меня наконец-то дошло, почему Барон так хотел, чтобы я создал свой храм именно в убежище. Один ты силен, но когда рядом друзья и ученики, твоя сила рывком становится больше. В памяти всплыла интерпретация Владычицы Лоа Gede: «Мальчик, вуду — это всегда про любовь».
Тринадцать костров ярко горели во дворе дома с рябинами, превращаясь в путеводные звезды на обратной стороне мира. Тринадцать дымов закручивались над склеенным зданием, заполняя всю внутренность ядовитым дымом. Неожиданно все звуки стихли, а мое тело само прыжком вылетело из ритуального контура. И тут же я ощутил холодный зимний воздух.
В голове звучали шепоты духов: «Жизнь — это сон. А сон будет глубоким. Водун, просьба исполнена. Темной ночи и доброй охоты».
— Дайте мне пять минут одеться и выдвигаемся. У нас все получилось. — мой голос был преисполнен уверенности.
Войдя в дом, я переоделся в максимально нейтральную одежду и взял с собой балаклаву. Пусть в городе творится хаос, но оставлять лишних следов никто не хотел. Даже храмовник был сегодня не в своем традиционном облачении, а в обычной гражданской одежде.
Когда я вернулся, Ева, выстроив нас в фигуру, символизирующую рождение новой луны, выдала каждому из нас маленький прозрачный флакон, внутри которого был заключен крошечный цветок с бледно-лиловыми лепестками.
— А это еще что такое? — не понимающе спросил Кот, вертя заключенное в стекло растение.
— Оберег, он укроет вас от чужих взглядов. — видя, как на лице моего друга расплылась довольная улыбка, фейри тут же продолжила. — Но имейте в виду — срок его жизни не более пары часов, и чем больше вы будете привлекать к себе внимания, тем быстрее он засохнет и утратит свою силу. Поэтому, — фейри пристально посмотрела на Кота. — Не стоит забывать о скрытности и осторожности, даже с таким преимуществом.
Лицо Gato, явно расстроенного словами Евы, тут же поскучнело — похоже, он уже придумал много способов использовать такую способность. А фейри начала творить свою магию иллюзий. С ее тонких пальцев легким дымком стекала изумрудная пыльца, красиво переливаясь в отблесках сияния ночного светила. С каждой секундой пыльцы становилось все больше, пока она не покрыла нас всех. А потом все исчезло. Мы были готовы.
— Фера, — позвал меня Мавр, отводя в сторону. Он нервничал. — Я чувствую себя трусом, но я действительно думаю, что буду только мешать.
— Мавр, ты и так сделал больше, чем требовалось, так что давай без этой фигни. — я тепло ему улыбнулся, словно зная, что именно это ему сейчас необходимо. — Так что не парься — не все должны уметь «грабить караваны».
Махнув ему на прощание, мы выдвинулись к стоянке, где Иезекииль уже подготовил для нас, как он выразился, «вместительный транспорт». Когда мы перешли дорогу, нас ждал своеобразный сюрприз.
На подходе к парковке раздался звук открывающейся сигнализации. Черный микроавтобус форд моргнул фарами, на его боку было написано «Похоронная служба».
«Охренеть, ну и сервис» — невольно подумалось мне.
— Святой отец, а чего не на катафалке? — не удержался от шпильки Кот.
— На сегодня его уже забронировали. — в той же манере ответил ему храмовник.
— Вы… его угнали? — с удивлением и хитрецой в голосе спросила любопытная Пика.
— Ну что ты, — мягко ответил экзорцист. — Я попросил у одного из прихожан попользоваться его машиной. Вера нынче все сильнее в людях — мне не отказали.
— А почему именно похоронка?
— Полиция сейчас не останавливает машины похоронных контор, — подмигнул Иезекииль.
Войдя в микроавтобус, Ева закрепила в нем оберег, подобный нашему, и раздала всем балаклавы, а после помогла Кридану спрятать его бороду и густую гриву волос. Вскоре, мы неспешно ехали в сторону архивов, расположенных в том же здании, что и центральное отделение ФСБ. Храмовник ехал, не нарушая правил и стараясь привлекать к нам как можно меньше внимания.
Оказавшись у серо-красного двухэтажного здания ближе к четырем утра, мы остановились за радиусом охвата камер. В кои-то веки в центре было легко припарковаться.
Скрыв наши лица и потратив несколько минут, мы сумели выяснить мертвые зоны, через которые мы могли бы подобраться незамеченными к входной двери. Правда, камера над входной дверью портила весь расклад.
Вспомнив, как я боролся с камерами при ограблении магазина, я начал катать снежок, намереваясь броском залепить объектив. Уже замахиваясь, я ощутил, как на мое плечо положил свою здоровенную лапу Кридан со словами:
— Смотри, как надо, шаман! — в руке у него покоился гигантский снежок, размером в человеческую голову. Метнув его без размаху, он с нечеловеческой точностью поразил камеру, вот только вместо того, чтобы залепить глазок камеры, он просто снес ее с креплений, заставив болтаться на проводах.
Тут же раздался тихий смешок Пики и Кота:
— Сила есть — ума не надо.
