— Через неделю можно будет сажать, — оценил я состояние посадочного материала. — Как раз когда террасы закончим.
Вечером я зашел к Кутузову проверить, как продвигаются дела с бактериальными культурами. Лаборатория ветстанции встретила меня привычным гудением холодильников и тихим бульканьем в колбах с питательными средами.
— Как успехи с микроорганизмами? — спросил я, развешивая промокшую от дождя куртку на крючок у двери.
— Отличные, — ответил лаборант, не отрываясь от микроскопа. — Культуры размножаются быстрее, чем ожидал. Вот, посмотрите сами.
Я заглянул в окуляр. В поле зрения копошились множество мелких палочковидных организмов с характерным металлическим блеском клеток.
— Thiobacillus ferrooxidans, — пояснил Кутузов. — Железоокисляющие бактерии из железистых родников. Концентрация уже достигла десяти миллионов клеток на миллилитр.
— А другие штаммы?
— Тоже развиваются неплохо. — Он показал ряд колб с мутноватой жидкостью различных оттенков. — Вот Pseudomonas putida, способные работать с медью и цинком. А здесь консорциум из нескольких видов, они действуют комплексно.
— Когда можно будет применять?
— Через две недели культуры будут готовы к использованию, — сказал Кутузов, записывая данные в лабораторный журнал. — Понадобится примерно пять тонн бактериальной суспензии на двести гектаров загрязненной территории.
— А как их хранить до применения?
— В холодильнике, при температуре плюс четыре градуса. В таких условиях бактерии сохраняют активность до месяца.
На следующее утро работы возобновились с удвоенной энергией. К нашей бригаде присоединились еще десять человек, комсомольцы из разных отделений совхоза, вызвавшиеся помочь на общественных началах.
Галя, секретарь комсомольской организации, энергичная девушка лет двадцати с короткой стрижкой и решительным взглядом, опять возглавляла молодежь.
— Виктор Алексеевич, — обратилась она ко мне, когда мы распределяли задания, — можно нам дать самый ответственный участок? Хотим показать, на что способны.
— Конечно, — согласился я, разворачивая план работ. — Вот этот склон, самый крутой и каменистый. Там потребуется особая аккуратность при укладке подпорных стенок.
— Справимся! — уверенно заявила Галя. — У нас двое каменщиков есть, они в армии строительными работами занимались.
Действительно, комсомольцы работали с энтузиазмом. Володя Семенов, молодой инженер-выпускник техникума, придумал оригинальную конструкцию для укладки камней. Используя систему блоков и лебедок, его бригада поднимала на террасы валуны весом до полутонны.
— Умно придумано, — одобрил я, наблюдая за работой импровизированного подъемника. — А где научились такие конструкции делать?
— В техникуме проходили, — ответил Володя, регулируя натяжение тросов. — Курс по грузоподъемным механизмам. Правда, на практике первый раз применяю.
К концу недели восточный склон был полностью террасирован. Сорок гектаров каменистой земли превратились в ровные площадки, готовые к посадке. Подпорные стенки из местного камня выглядели добротно и надежно, дренажные канавки обеспечивали правильный сток воды.
— Пора переходить к посадкам, — объявил я на вечернем совещании бригады. — Картофель высаживаем завтра, пока стоит хорошая погода.
— А схема посадки какая? — поинтересовался дядя Вася, доставая из кармана телогрейки мятую пачку папирос «Север».
— На террасах сажаем рядами поперек склона, — объяснил я, чертя схему палочкой на утоптанной земле. — Расстояние между рядами семьдесят сантиметров, между кустами в ряду — тридцать пять. Это оптимально для механизированной обработки.
— А семена трав когда сеять будем? — спросил Семеныч.
— Между рядами картофеля, одновременно с посадкой. Травы защитят почву от эрозии и улучшат ее структуру.
Утром к террасам подъехала целая колонна техники. Трактор «Беларусь» с картофелесажалкой СН-4Б, два УАЗика с бочками для воды, грузовик ЗИЛ-130 с клубнями картофеля и мешками семян трав.
Картофелесажалка, машина довольно сложная, с бункером для клубней, сошниками для проделывания борозд и дисками для заделки. Управлял ею опытный тракторист Мишка Воронов, парень лет тридцати с румяным лицом и густыми усами.
— Глубина посадки? — уточнил он, регулируя рабочие органы машины.
— Восемь сантиметров, — ответил я. — И не забывайте вносить удобрения в каждую лунку.
В качестве удобрений мы использовали смесь перегноя из совхозных компостных куч, древесной золы и суперфосфата. Такая подкормка обеспечивала картофелю хороший старт для роста.
Работа спорилась. Сажалка прокладывала ровные борозды поперек террас, укладывая пророщенные клубни через точно отмеренные интервалы. Следом шли рабочие с ведрами семян трав, подсевая их между рядами картофеля.
— Смотрите, как ровно ложатся ряды, — восхищалась Галя, помогая загружать клубни в бункер сажалки. — Как по линейке!
— Это Мишка мастер, — пояснил дядя Вася с гордостью за коллегу. — Он и на пахоте так же ровно ведет, ни одного огреха.
