Фермина Маркес полностью

Все главные герои романа Ларбо — своего рода перевертыши: Жоанни Ленио выдумывает, чтобы произвести эффект; Камий Мутье, который младше его, вначале кажется забитым, озлобленным и невзрачным, но как прекрасен оказывается его порыв; кто же такая Фермина Маркес — вообще неизвестно, кроме ее религиозных речей мы ничего о ней не знаем, она — силуэт, незнакомка из дальней страны, повод. Повод для того, чтобы поведать об остальных героях? Но о героях ли?

Возможно, схожие вопросы решал Петер Альтенберг, его Венские этюды 1904 г. во многом перекликаются и с Ферминой Маркес и, даже в большей степени, с Детскими: Альтенберг не рассказывает, он любуется, сожалеет. Это почти живопись. Такая, как у Бальтюса, утверждавшего, что он рисует не ту или иную девушку, а время. Время, когда ребенок еще не понимает, что он невинен, не ведает, в кого превратится в ближайшие дни.

Фермина — лишь фигура, зеркало, в котором отражаются попеременно воспитанники аристократического, космополитического коллежа, дети миллиардеров, — по сути, безымянные, их имена не так уж важны, как и имя креолки и ее сестер во всех концах света, они — лишь средство, лишь сменяющие друг друга персонажи времени — главного героя Ларбо, действующие лица которого невесомы, прозрачны, как назавтра увядшие лепестки, крылышки пяденицы, как сама юность — ускользающая тайна акварельных текстов писателя.