С Кьонгом произошло почти то же. Старший брат отказался идти в разведку и обрёл счастье с простой девушкой где-то на Бинаре. Сестра хоть и осталась в королевской резиденции, была неспособна руководить такой организацией. А у него ещё с детства был талант устраивать всем сюрпризы своими необычными выходками. Ему нравилось наблюдать за работой сначала деда, потом отца. Те обязательные правила безопасности, которые с детства впитывает каждый член семьи Прати, были ему не просто интересны. Он хотел знать больше. Объяснений, что, зачем и почему? И уже с подросткового возраста сначала дедушка, а потом отец начали потихоньку учить его. Поэтому, когда пришла пора получать высшее образование, Кьонг точно знал, куда пойдёт. Его ждала Академия Бинарской разведки, куда он, пройдя все вступительные испытания, поступил под другой фамилией.
Для него это время было самым счастливым. Ограниченный правилами безопасности и Сунити, он не мог тесно общаться со сверстниками. Здесь же он мог вдохнуть полной грудью и с головой окунуться в студенческую жизнь. Пусть это и была жизнь закрытого учебного заведения, никто не отменял увольнительных и студенческих вечеринок. А также традиционных походов к куратору раз в семестр после очередной устроенной им проказы. На третьем курсе куратора всё достало окончательно и в середине года, перед совместными учениями с другим вузом, его назначили в наказание замом старосты курса, чтобы научить уму-разуму. Нельзя было сказать, что у Кьонга, отличника почти по всем предметам, его не было, но дисциплины ему явно не хватало. Интенсивный курс: «кто эти люди и как ими управлять?» Кьонг проходил сначала в Академии, а потом и в поезде на пути к месту учений. Это назначение было для него самой большой подлянкой и самым большим шансом. В случае проигрыша их Академии, виноватым при любом раскладе будут считать его. Поэтому он старательно учил имена дневного потока и изучал сильные и слабые стороны каждого. Впервые на развлечения и розыгрыши времени не было просто физически…
Монотонный стук колёс, мелькающие пейзажи за окном. Кьонг сидел в купе, куда его определили вместе с Бриаром Маркасом, старостой курса, в окружении небрежно разбросанных на столе бумаг и с наушниками в ушах.
— Кьонг, — в дверях купе показался Бриар. — Выйдем в тамбур на пару слов.
Сняв наушники, Кьонг несколько удивлённо последовал за ним.
— Знаешь, что такое кризисное управление? — поинтересовался Маркас, опираясь на ручку окна вагона.
— Подкурс стратегии и тактики, который мы будем проходить сразу же после учений.
— Это управление ситуацией в условиях, когда вмешивается неучтённый фактор и весь план идёт наперекосяк, — с намёком изрёк Бриар и продолжил. — То есть, план есть у наших соперников, план есть у нас, но есть ещё организаторы, которые со стопроцетной вероятностью введут что-то, что ни мы, ни другая Академия не берём в расчёт.
— Откуда ты знаешь?
— Посоветовался с четвёртым курсом, — был ответ. — Кстати, они проиграли в прошлом году. Поэтому на нас лежит двойная ответственность. Мы просто обязаны выиграть.
— А варианты с ничьёй бывают?
— Такие варианты редки, но всё же попадаются, — Бриар сделал паузу. — Собственно, я за этим тебя и позвал. Спросить: готов ли ты к неожиданностям?
— Разве к ним можно быть готовым? — шутя, поинтересовался Кьонг.
— В этом-то и отличие настоящего профессионала от просто профи. Умение повернуть любую ситуацию себе на пользу, возглавить хаос и выйти с честью из неожиданной атаки.
— Но всякий хороший экспромт — это заранее подготовленный экспромт, — возразил ему Кьонг.
— Вот и готовься, — с улыбкой поднял вверх бровь Бриар. — Пофантазируй, включи воображение. Сделай то, что получается у тебя лучше всего. Придумай что-нибудь необычное.
На лице довольного Кьонга расцвела улыбка. Он понял, что снова сел на любимого конька.
— Будет сделано! — радостно отрапортовал он.
Возвращаясь в купе, к планам местности и разработке стратегии, он понял, что его назначение замом не было наказанием и не было подлянкой. Это был тактический ход, призванный обеспечить им победу в учениях…
Кьонг отвлёкся от воспоминаний и сосредоточился на кофе. Но стоило ему поставить турку на огонь, как завибрировал аппарат связи с «Дневной луной», приступившей к началу операции захвата. Выключив музыку и огонь под туркой, он перешёл с ними на связь:
— Докладываем о начале операции «Колпак», анним, — услышал Кьонг в наушниках голос лидера. — Рассчётное время: тринадцать сорок пять.
— Удачи, парни, — пожелал им Кьонг, не сводя взгляд с доски под названием «клика».