— «Дневная луна» проявила собственную инициативу и не отправилась в штаб, — сообщил его отец. — С нами на связь вышел перебежчик. У них сейчас проходит встреча.
— Перебежчик? — немного не поверил Кьонг.
— Предательство работает в обе стороны, — улыбнулся его отец. — Это было получено от одного из наших отделений, и «Дневная луна» тут же отправилась к нему, — с этими словами он включил запись на столе.
«У меня сообщение для главы бинарской разведки. Это касается ваших врагов. Есть информация. Свяжитесь со мной как можно скорее», — услышал Кьонг голос пожилого мужчины.
— Похоже, смерть консула испугала его, и он понял, что не с теми связался, — предположил его отец, но закончить мысль не успел, так как на связь вышли бойцы «Дневной луны».
На экране появились слегка потрёпанные и немного раненые Гиз и Верго.
— Мы целы, — предупреждая вопрос, ответил Верго. — На нас напали, но часть сведеиий он всё же успел передать. Пересылаем вам запись разговора по секретному каналу. Мы возвращаемся в штаб.
Изображение исчезло, и через пару минут мультиплеер просигналил о новом файле. Повозившись минуту с его распаковкой (такой формат кодирования и архивирования был только у бинарской разведки) Кьонг включил отцу аудиофайл.
«— А я полностью могу вам доверять? — недоверчиво спрашивал незнакомый голос на записи. — Вы точно из бинарской разведки?
— Уверяю вас, мы говорим от лица его главы. И всё, что вы скажете, попадёт в первую очередь к нему, — услышали они голос Верго. — Что вам известно о клике?
— Клика? — заинтересованно поинтересовался перебежчик. — Вы называете её «клика»? Но они по-другому себя называют.
— Как?
— Эм-м-м-м… Не могу вспомнить… Название какое-то нелогичное.
— От смены названия суть не меняется.
— Нет-нет. Вы не понимаете. У них даже штаб-квартира не на Бинаре.
Слушавший запись Кьонг насторожился.
— Сколько человек в клике? Можете назвать их имена?
— Точно не могу сказать. То ли шесть, то ли двенадцать. Я знаю, что один из консулов состоит в клике.
— Одного из них сегодня убили.
— Это было частью плана. Огромного плана. Его осуществление началось около полугода назад и сейчас подходит к конечной стадии. Через месяц-два они нанесут рещающий удар. Их цель — полное обрушение бинарской разведки…
— Значит, и Бинара тоже, — тихо сделал вывод Кьонг.
— Это будет атака по правилам и по всем фронтам, — продолжала запись. — Вам нужно выйти на связь с…»
Звук выстрела. Запись прервалась. На минуту воцарилось молчание, прерванное главой бинарской разведки.
— Не могу сказать, что мы этого не знали, — заметил он.
— Его убили. Значит, он действительно знал что-то, — возразил ему Кьонг.
— Меня больше волнует разброс с шестью и двенадцатью, — поделился мыслью его отец. — Разница значительная.
— Да… — задумчиво согласился Кьонг. — Разброс несколько страннен. И почему штаб-квартира вне Бинара? — и спустя пару секунд. — Клика так не действует.
— Новые времена — новые правила.
— Но это не характерно для клики! — горячо возразил Кьонг. — Полное обрушение Бинара не в её интересах. Им нужен сильный Бинар, но с ними во главе. Они власть сменить хотят, — он сделал паузу, чтобы отдышаться. — Зачем поджигать столовую, где тебя кормят?
Ответа не было. Вместо этого глава бинарской разведки взял телефонный аппарат и, набрав секретную комбинацию, открыл канал связи со всеми отделениями:
— Внимание! Внимание! Говорит глава бинарской разведки. Объявляется чрезвычайное положение! Код «Эр-Си-Ка». Все внутренние агенты переводятся на усиленный режим несения службы. Мы в состоянии войны с внутренним врагом.
Фебера
Задумчиво глядя в широкое окно гостиной, Агнесса оторвалась от работы и отправила в рот ещё один профитроль с морковным кремом. Наступившая осень сбила как и аномальную жару, так и непрекрающиеся ливни на Фебере, установив идеальный погодный баланс. Температура в октябре не доходила до тридцати, и по-прежнему стояло тепло, раз в два-три дня прерываемое ливнями. В силу вынужденного безделья и нежелания возвращаться домой ни под каким предлогом, она прочитала почти все книги на ридере, уже загрузила новые и всё равно не знала, чем себя занять. Хотела заняться вязанием, но поняла, что проще сломать спицы, с шитьём тоже не заладилось. Работы требовали именно мозги, ведь она не желала чувствовать себя глупеющей с каждым днём. В конце концов, после долгих мучительных поисков она обложилась двуязычными словарями на диване. На вопрос телохранителя: «Почему?» прозвучало: «Интересно же!» и тут её озарило. В тот же день она связалась с русским корпусом и, назвав своё кодовое имя, попросила дать ей работу. Любую, которую можно делать на дому. Русский корпус подумал и дал ей пробное задание. Составление двуязычных разговорников и чтение отчётов по исследованиям иных миров с отлавливаним странных мест и вопросов, не освещённых в досье. Именно здесь, на диване, и нашёл её Тэ Нэ, облокотившуюся на подушку, с покрывалом, карандашом и очередным отчётом в руках.