– Так можно еще, у нас много, – засмеялся Даука, вскакивая с корточек.
– А ты чё подпрыгиваешь, как девчонка?
– Сам ты как девчонка, овцебык долбаный.
Дом дяди Алихана, огороженный каменным забором, напомнил Аскару мазары нуворишей. Дед говорил про такие: «Цените родителей при жизни, после смерти им высокие мазары что собаке пятая нога».
Аскар позвонил. Ворота открылись, и он въехал в просторный двор. Двухэтажный дом стоял на возвышенности. Прямо перед ним асфальтированная площадка, справа крытая парковка на несколько автомобилей, слева – детская площадка с бассейном. За домом сад и оранжерея.
Дядя Алихан, высокий, полноватый, в спортивном костюме, сидел у камина и читал газету.
– Депутат, говоришь? – пожал он руку Аскару и снова громко расхохотался. – Депутат! Посмотри на него, Салима, вот такие теперь у нас депутаты!
– Аскарик, а я тебя помню! Ты еще маленьким у нас в гостях был. Мы тогда на Кирова жили. Помнишь, Алихан, нашу трешку на Кирова? – тетя Салима и расцеловала Аскара, а потом тихо шепнула: – Ты на него не обижайся, он не со зла. Характер такой.
Аскар кивнул. Тетя Салима продолжила, уже в полный голос:
– Твоя мама такая красавица в молодости была, на Алихана похожа, высокая, статная. За ней такие парни ухаживали…
– А она за босяка замуж вышла, – подытожил дядя Алихан.
Вскоре тетя Салима позвала их на обед в гостиную. Окна во всю стену выходили в сад, прямо под ними была разбита клумба, где яркими пятнами цвели осенние астры. Кроме хозяев, за столом сидели еще четверо: пожилой профессор с женой и внуком и старший внук генерала – Дастан, расположившийся напротив деда. Парень по казахским обычаям воспитывался у родителей отца. Долговязый, в очках, он нарочито равнодушно хмурил лоб и молча ел, время от времени перемигиваясь с внуком профессора. Аскар вспомнил, как им с Даулетом часто приходилось сидеть за дастарханом со стариками и как они переглядывались, наблюдая за ними. Как, оставшись наедине, смеялись, передразнивая речь беззубого старика Карима и каркающий смех старухи Балаусы. Как хохотали над рассуждениями стариков об интернете и мобильных телефонах.
Как раз к моменту, когда гости перепробовали все закуски и салаты, подоспели манты. Тетя Салима, раскладывая их по тарелкам, рассказывала об успехах Дастана в учебе и немного жаловалась.
– Это что за школа такая? И так целый день учатся, да еще заданий столько дают, что ребенок до полуночи не успевает их выполнить. Это при том, что он умный парень. А как другие справляются?
– Апа, я же в физмат-школе учусь, там свои заморочки, – заметил Дастан.
– В других школах не лучше, – подхватила жена профессора. – Мои племянники учатся в обычных школах, там тоже много задают, так что их родители работают, считайте, только на репетиторов.
– А на выходе ноль, – заключил профессор, – в институт приходят без элементарных знаний. Как они на гранты поступают, никак не пойму.
– Молодые ко всему приспосабливаются, – снисходительно произнес Алихан. – Эх, молодость, молодость, весь мир у твоих ног, когда ты молод и полон сил. Да, внук? – обратился он к Дастану.
– Конечно, ата, – охотно отозвался тот.
– Как ты захочешь, так все и будет, так что не слушай никого, иди своей дорогой. Вот посмотри на Аскара, он в депутаты баллотируется, – усмехнулся Алихан.
Профессор с интересом взглянул на Аскара и начал расспрашивать его о требованиях к кандидатам.
– Аскарик, накладывай еще манты, ты же с дороги, – суетилась тетя Салима.
После обильного обеда, оставшись наедине с Алиханом, Аскар перешел к делу:
– Алихан нағашы, как вы правильно заметили, я – простой человек. А вы высокие должности занимали. Мне совет нужен.
– Гладко говоришь, хорошо заходишь, – ухмыльнулся генерал.
– Знакомства в полиции нужны. Если б вы меня порекомендовали своим коллегам как родственника… вы же знаете, без знакомств теперь никуда.
– Что, успел наследить, депутат? – генерал вперился в него взглядом поверх очков, и Аскар отвел глаза.
– Да нет, просто фермерам со всех сторон палки в колеса, так хоть полиция не будет беспокоить.
– Я, конечно, порекомендовал бы, только чем это обернется? Вот в чем загвоздка. Я ведь даже сына родного не могу поддержать после отставки, не то что тебя. Но он выдержит, Султан мой. И к нему не лезь, ему и так тяжело. Вот пришел бы ты пару лет назад, когда я при должности был, эх… – махнул рукой Алихан. – Так что выкручивайся сам, депутат, – подытожил он, наливая себе коньяка из пузатой бутылки.
Аскар вернулся в гостиницу в дурном настроении: зря не послушал мать, впустую приперся. Козел этот Алихан, и сынок у него, видимо, такой же. Хотелось напиться. Он набрал номер Даулета. Тот сразу взял трубку, словно ждал его звонка.
– Аскарик! Хорошо, что позвонил. Надо бы встретиться, поговорить.
– Вот и я о том же. Давай, подтягивайся ко мне в гостиницу. Посидим, пообщаемся, как раньше.
