– Да, мама, подумай, что было бы, если бы взрослые делали то же самое на работе, – сказала Фиасоль и захихикала. – Например, в школьной учительской? Как? Вот было бы смешно. Но если такой поцелуйщик ещё раз подойдёт ко мне, я его стукну, – пробурчала она.
– Насилие ничего не решает, – серьёзно сказала мама.
– Ты так говоришь, но представь, что будет, если десять мужчин начнут бегать по дому, пытаясь тебя поцеловать, когда тебе хочется покоя.
– Да, – сказала мама и засмеялась. – Я сразу позвоню в полицию, если такое случится.
На следующий день Фиасоль пошла в школу, твёрдо решив дать отпор поцелуйщикам.
На школьной лестнице опять началась эта противная игра. Бадди щёлкнул пальцами и крикнул:
– Тоти!
И Тоти тут же бросился в погоню за девочками. Он успел поцеловать одну девочку, которую прижал к забору, и побежал за Фиасоль. Она бросилась прочь, но вдруг вспомнила, что решила не участвовать во всей этой дури. Она мгновенно остановилась, сбросила ранец, размахнулась и ударила им Тоти по голове. Он упал на землю и разревелся.
– Ты с ума сошла? – сердито кричал он. – Ты меня изувечила!
Фиасоль увидела на его лице ссадину.
– Так тебе и надо, маленький поцелуйщик, – решительно сказала она.
И тогда Тоти словно взбесился. Он вскочил на ноги и уцепился за ранец Фиасоль.
– Отпусти ранец. Я стукну им тебя по голове! – зло кричал он, но Фиасоль не выпускала ранец из рук.
Они дёргали ранец каждый в свою сторону и били им друг друга, и вдруг он разорвался, и учебники Фиасоль высыпались на тротуар.
– Ты за это ответишь, болван! – завопила Фиасоль.
Тоти пристыжённо поглядел на разодранный ранец, а потом пнул его.
– Так тебе и надо, – сказал он дрожащим голосом.
В этот момент мимо проходила учительница Грета.
– Это что ж такое здесь происходит? – возмущённо спросила она.
Четырнадцать школьников в один голос стали рассказывать Грете, что случилось.
– Играть надо по-доброму, дружески относиться друг к другу, – сказала Грета и отправила всех в класс. Потом помогла Фиасоль собрать упавшее. – Нехорошо портить чужие вещи, – сказала она и серьёзно посмотрела на Тоти.
– Она ударила меня по голове своим ранцем, твёрдым, как камень. У меня шишка от её коробки с завтраком и рана на щеке от связки ключей. Вот, посмотрите, – сказал Тоти и показал царапину на щеке.
– Он хотел меня поцеловать, – с гневом сказала Фиасоль. – А меня никто не смеет целовать без разрешения. Без моего разрешения.
Учительница Грета произнесла длинную речь перед классом в этот день. Она сказала школьникам, что надо научиться сдерживать свои чувства и разрешать споры словами, а не дракой и битьём. Ещё она сказала, что надо получить разрешение человека, если хочешь его поцеловать; что ни в коем случае нельзя целовать кого заблагорассудится и когда заблагорассудится. Потом она сказала что-то, отчего мальчишки-поцелуйщики раз и навсегда прекратили эту игру. Они даже и не вспоминали об игре, после того что сказала учительница Грета.
Дело в том, что она сказала, будто слышала, что мальчишки стали играть в игру с поцелуями, потому что влюбились в девочек.
– Фи! – закричали мальчишки в классе. – Неправда! Чепуха! Совсем мы не влюбились в девочек. Какой ужас!
– Я сама слышала, – сказала учительница и улыбнулась.
– Идиоты, – проворчала Фиасоль и собрала свои школьные принадлежности в пластиковый пакет.
Учительница Грета поговорила с родителями Фиасоль и Тоти о разодранном ранце. Ещё она поговорила с Фиасоль и Тоти. Папа Фиасоль зашил ранец на швейной машинке, на которой он в свободное время шьёт себе подтяжки и кошельки. Фиасоль и Тоти в конце концов помирились. Тоти попросил прощения за то, что испортил ранец, а Фиасоль за то, что стукнула его по голове.
Однажды вечером в доме на улице Грайналюнд зазвонил телефон, это бывало очень часто. Фиасоль тут же взяла трубку. Она всегда так делает, потому что ей доставляет удовольствие разговаривать по телефону.
– Алло, это Фиасоль, – сказала она громко и отчётливо.
Звонила тётя Глоя. – Как я рада, дорогая. У тебя всё хорошо? – Всё прекрасно, – радостно ответила Фиасоль. – А у тебя? – У меня тоже всё хорошо, – ответила тётя Глоя. – Мама дома? – Её нет, – ответила Фиасоль. – Да ну? И где же она? – спросила тётя Глоя. – В Бельгии. – Как? Что за вздор? Что она делает в Бельгии? – Тётя Глоя была изумлена. – Уехала по делам, – сказала Фиасоль. – Когда уехала? – Утром и вернётся в субботу. – Да что ты говоришь? А я-то и не знала! – смущённо сказала тётя Глоя. – Можно поговорить с папой? – Его нет дома, – твёрдо ответила Фиасоль. – Вот как? Где же он?
– Он в Болюнгарвике, вернётся завтра, – уверенно сказала Фиасоль.
– В Болюнгарвике? Но уж сёстры-то твои дома?
– Вовсе нет, сестёр тоже нет дома.
– Как? Ты дома одна, а уже почти десять часов вечера? Где же твои сёстры?
– Пиппа собирается переночевать у своей подруги, а Бидда пошла в кино.
– Переночевать у подруги в середине недели? Бидда в кино, мама в Бельгии, а папа в Болюнгарвике? Это что ещё за бред? Бабушка об этом знает? О чём вы там думаете? Кто приготовил ужин?
