– От этого твоя комната чище не станет, Фиасоль, – с досадой сказала мама.
В последующие дни Фиасоль заполнила свою комнату старыми вещами из чуланов жителей всего района. Комната стала похожа на склад большого магазина, и для самой Фиасоль места почти не осталось. Она с трудом могла пробраться к своей постели.
– Мама, одна женщина предложила мне кресло, – сказала Фиасоль, выставляя коробки в коридор.
– Нет, вот этого не будет, – рассердившись, сказала мама. – Хватит, Фиасоль. Мы не будем забивать наш дом тем, что хотят выбросить жители нашего района.
– Оно у меня недолго постоит. Я в мгновение ока продам это всё на торговой площади в Грасабайре, – сказала Фиасоль и опять втащила коробки в свою комнату.
Но продать всё в мгновение ока не получалось. Целыми днями Фиасоль сидела в старом кресле перед продовольственным магазином на торговой площади Грасабайра, пытаясь продавать вещи. Иногда с ней был Ингольвюр Гойкюр, иногда Бабушкина Хеба, иногда сестра Пиппа. Кое-что иногда продавалось, но большинство людей надменно проходили мимо, не обращая внимания на Фиасоль, хотя рядом с ней был большой плакат с надписью: «Поможем детям Афганистана».
Мужчина, который куда-то спешил, бросил ей на коврик несколько крон.
– Вы деньги уронили, – крикнула Фиасоль и побежала за ним, прихватив деньги.
– Да нет же, я хочу принять участие в сборе средств, – удивлённо сказал мужчина.
– Тогда надо это сказать и передать нам деньги, – сказала Фиасоль. – Не очень красиво кидаться деньгами в людей.
– Извини, пожалуйста, – сказал мужчина и улыбнулся. – Можно я возьму деньги и снова отдам их тебе?
– Можно, но лучше что-нибудь купить, – сказала Фиасоль и чинно приняла деньги.
– Нет, – сказал мужчина, – у меня дома полно хлама.
Иногда Фиасоль вставала у дверей продовольственного магазина, пробуя уговорить людей купить что-нибудь у неё.
– Хотите помочь детям Афганистана? – спросила она у высокого мужчины, входившего в магазин.
– У меня при себе нет денег, – заикаясь, ответил он и вцепился в тележку для покупок.
– Но ведь вы идёте в магазин, значит, они у вас есть, – сказала упрямая Фиасоль и пошла следом.
– Нет, я расплачиваюсь банковской картой, – смущённо сказал мужчина и убежал к холодильным стеллажам с молочными продуктами.
– У всех теперь эти банковские карточки, мама, – сказала расстроенная Фиасоль, вернувшись домой со своим имуществом в очередной раз. – А я не принимаю карточки. Я участвую в благотворительном базаре уже целую неделю и набрала только тысячу пятьсот крон. Может быть, мне стоит завести аппарат для считывания банковских карт?
– Нет, Фиасоль, ты должна быть довольна, что есть полторы тысячи крон, – сказала мама. – Мы отвезём деньги в контору Красного Креста, а вещи – на свалку.
– Нет, я думаю, что смогу продать и больше. Надо только найти правильный ход, – сказала Фиасоль. – Мне нужно найти людей, которым доставляет радость тратить деньги.
Она надолго задумалась, а потом просияла как солнышко.
– Мама, мы ведь знаем многих людей, которым доставляет радость тратить деньги.
– Неужели? – рассеянно сказала мама, сидевшая у компьютера.
– Это те, кто часто ходит по магазинам. Например, бабушка и тётя Глоя. Они часто ездят в торговый центр и на барахолку и покупают много вещей, которые им не нужны. Они покупают, потому что им доставляет удовольствие тратить деньги. Дедушка говорит, что бабушка – чемпион Исландии по шопингу.
С того самого дня Фиасоль заняла телефон. Она позвонила тёте Глое и бабушке, маминой подруге Лое и сбегала к Эстер из соседнего дома, чтобы сообщить, что она устраивает домашний благотворительный базар.
– Мама, сегодня вечером к нам придут гости, – сказала она, вернувшись домой. – Тебе надо приготовить кофе и купить торт.
– Что-что? – спросила мама.
– Да, я позвонила женщинам, которые любят делать покупки, и сказала им, что устраиваю благотворительный базар в пользу детей Афганистана, пригласила их и попросила, чтобы они пришли с деньгами, а не с карточками.
– И кто же придёт? – удивлённо спросила мама.
– Глоя, бабушка, Лоя и Эстер. Они – гиганты-коммерсанты, мама. Они обещали делать покупки, – ответила довольная Фиасоль.
Вечером к ним пришли гиганты-коммерсанты. Фиасоль хорошо подготовилась. Она вытащила чемодан и коробки с товаром, расставила вещи по всей длине коридора и прикрепила к каждому предмету ценник. Подошедший Ингольвюр Гойкюр помогал ей.
– Мы создали фирму в чемодане, Ингольвюр Гойкюр. Теперь мы даже сможем носить предметы нашего благотворительного базара с собой в чемодане и приходить к людям, которые захотят купить.
– Давай начнём здесь и посмотрим, как пойдёт дело, – задумчиво сказал Ингольвюр Гойкюр.
Гиганты-коммерсанты покупали, как и всегда, хорошо. Бабушка скупила все вафельницы. Эстер купила крем от загара и мыло. Глоя купила кухонные прихватки, игры и свечки. Лоя купила детскую обувь и книги для самых маленьких. Потом они отправились на кухню к маме пить кофе. Затем снова вышли в коридор и купили ещё кое-что. Когда они ушли, Фиасоль и Ингольвюр Гойкюр занялись подсчётом денег.
