- Берни, я искренне надеюсь, что вы мне лжёте. Что вы недоговариваете. Что заточение Дамблдора в Нурмегард не есть ваша идея, стоившая таких трудов, тем более, если Дамблдор и сам бы рад «переехать» к своему Геллерту.
Старик сиял, как лунная дорожка на Чёрном озере.
- О, Северус, я только внучку хотел пристроить, я ж не знал, что ей там так хорошо. Я ж, дурак старый, подумал, что это всё рутина, возня какая-то ерундовая, вся эта магловская жизнь. Она вон, если б не работа, пить бы там не переставала, ну я и хотел…
- Понятно, – тихо перебил Снейп, вставая. – Мне бы, пожалуй, тоже надо выпить. Потому что дурак здесь я.
Он достал из шкафчика бутылку «Весёлого гиппогрифа», – всего лишь выдержанный эль, но крепче ничего брать не стоило, если надо сохранить разум трезвым.
- Что-то не так, Северус?
- Неужели вы думаете, что я вам поверю? – зло бросил тот, – Вы, любитель заумных трактатов и нравоучений то на староанглийском, то вообще на гэльском, вдруг начинаете изъясняться, как наш лесничий, когда речь заходит о судьбе вашей внучки. Зачем она здесь? Зачем вся это история с деревом Рода, как это связано с Волдемортом? – Снейп уже отхлебнул хмельной напиток приятного цвета тёмного дерева, и начал успокаиваться.
- Всё к сожалению, гораздо проще, Северус. Прости, что не оценил твой потенциал настоящего воина и позволил себе задействовать тебя в моих детских интригах, – Берни слегка склонил голову и направился в сторону камина.
- Ну уж нет, – Снейп моментально среагировал, и невербальное заклятие связало друида крепкими верёвками. Он отлевитировал гостя подземелий обратно в кресло, не слишком удачно усадив его, и нервно плеснул себе ещё пива.
Друид подозрительно улыбался.
- Наверное, мисс Норден повезло, – он будто не заметил своё пленение. – Хотя на её месте я видел свою внучку. А может, не с тобой, а с Блэком. Судьба непонятным образом распределила палочки, но ещё большим разочарованием стало для меня то, что Энди сквиб. Такую цену потребовала магия за мой уход из системы магического мира. Это моя вина, Северус.
- Не думаю, что Энди сильно переживает, – ядовито усмехнулся Снейп. – Налить вам эля?
- Только руки развяжи.
- Я правильно понимаю, что разговор у нас всё же состоится? – Снейп улыбнулся краешками губ.
- Чего уж теперь, – по-доброму ответил друид.
- Берни, – спросил Снейп, когда освободил собеседника, – почему вы умерли? Вы же умрёте там, перед тем, как Энди приедет в Лондон. Маги не умирают от старости так рано, а войны уже не будет.
- Гриндевальд.
- Что?
- Обычная месть, Северус. Дамблдора уже не будет, и Геллерт, обезумевший от одиночества, просто придёт и убьёт меня. Нурмегард – его мэнор, Северус. Не надо наивности, что это страшная крепость с самыми суровыми условиями обитания для пленных. Нурмегард – отлично зачарованный мэнор, там есть сад, домовые эльфы, всё, что угодно. Фонтаны, конюшни. Геллерт согласился жить там и не высовываться без мантии-невидимки или оборотки только ради встреч с Альбусом. Мантию Альбус недавно забрал, палочка и так принадлежала ему, воскрешательный камень… не уверен, что знаю, где он сейчас. Это и не важно.
- Почему? – тупо переспросил ошарашенный вестями зельевар.
- Мы уже говорили об этом.
Снейп кивнул.
- А… зачем вы нужны Гриндевальду?
- Я один знаю их тайну и знаю, как отличить Геллерта в любом образе, он испугается, что я выдам его. Хотя, он давно никому не интересен.
- И… как же? – почти бессознательно повторил Снейп.
- О, это секрет.
- Хорошо, а… Дерево Рода и всё остальное?
- Я сказал, что хотел пристроить внучку, – сквозь зубы прошипел друид.
Северус предпочёл не спорить, его чёрные глаза и так были чуть не квадратными после обретения новых сведений.
- Берни, только один вопрос. Что сделать, чтобы Нина осталась со мной?
- Северус, ты читал свитки в моём хранилище.
- В них не было ничего подходящего.
“Плохо читал”, – выражало лицо друида, не желавшего отвечать.
- Северус, а что ты чувствуешь к Лили? Ведь ты по-прежнему связан обетом заботы о её сыне.
Застигнутый врасплох вопросом, зельевар помедлил.
- Я не знаю, что я чувствую. Благодарность за... годы своей юности, за поддержку, которая не дала мне сломаться.
- А что было раньше?
