выдерживаю горящий прищур тёмных глаз, и губы Ника
изгибаются в соблазнительную ухмылку.
— Раз дама желает, то выполняй, Майкл, — насмешливо произносит он, и шофёр кивает, разворачивая машину.
Я вздыхаю и чувствую, как тело от эмоциональной
встряски расслабляется.
— Господи, — шепчу я и откидываюсь головой на
сидение.
Драка. Хотя какая драка, Ник одной правой придавил
Люка к земле и едва не придушил его. Силы были не
равны, как внешние, так и внутренние. Сейчас
пересматривая плёнку воспоминаний под мерное
раскачивание автомобиля, я осознаю, что все это шоу
длилось не так долго, как происходило в моей голове. И
моя реакция на своеобразную защиту моей чести была
практически мгновенной. Но я это делала ни для Люка, ни
для Ника, а для себя. Мне предоставили возможность
попробовать силу своих чувств нежности к Нику, и она в
этот раз сработала.
Я сажусь ровнее и поворачиваю голову к Нику, наблюдающему за мной. Я на секунду теряю нить мысли, но цунами невозможно предотвратить.
Глаза в глаза — чувства обнажены только в эти
моменты. Ник позволяет мне видеть себя настоящего
только наедине. Мне хочется заговорить с ним, и я
приоткрываю рот, но Ник одними глазами показывает мне
молчать.
Майкл въезжает на подземную парковку, и я сама
выпрыгиваю из машины. Ник на эту мою
самостоятельность хмыкает и, больше ничего не говоря, идёт к лифту, я двигаюсь за ним. Нам предстоит долгий
разговор, чувствую очень яркий и сочный. Я для этого
коплю силы, пока мы поднимаемся на пятьдесят пятый
этаж.
Ник пропускает меня вперёд, и когда дверцы лифта
закрываются, выхватывает у меня из рук сумку и бросает
на пол, туда же летит его пиджак и моё пальто.
— Тебе необходимо смыть кровь, — напоминаю я ему
и указываю взглядом на руку.
— Сделай это сама, — тут же отвечает он и бросает
мне вызов, проверяя мою стойкость.
— Без проблем, — пожимаю я плечами и подхожу к
нему. Ник наблюдает за мной, как ястреб, но меня это не
смущает, я беру его за руку и веду за собой в спальню, а
оттуда в ванную.
Я настраиваю воду, чтобы она была тёплой и
поворачиваюсь к нему. Он не делает ни единого
движения, чтобы помочь мне. Вынув запонку на манжете
его рубашки, я закатываю её до локтя и подношу его руку
под струю. Осторожно мои пальцы ласкают его костяшки, и я любуюсь его длинными пальцами с идеальными
отполированными миндалевидными ногтями. Мои руки по
сравнению с его такие маленькие, почти
детские...кукольно-белые.
Окончив смывать кровь, я не вижу более никаких
увечий и выключаю воду, тянусь за полотенцем.
Обмакивая его кожу, словно боюсь повредить, я
растворяюсь в собственных фантазиях и подношу его
руку к губам, оставляя поцелуй на ладони.
— Не делай так больше, — тихо прошу я и поднимаю
глаза на Ника, кладя его руку на свою щеку, и
наслаждаюсь мягкостью его кожи.
— Не защищать тебя? — спрашивает он, потирая
большим пальцем мою щеку.
— Не набрасывайся на людей, словно дикарь, Ник. Ты
мог убить его, — отвечаю я, немного качая головой.
— А ты за него волнуешься? — его голос приобретает
стальные нотки, и он убирает свою руку.
— Я за тебя волнуюсь, если бы ты не остановился, то
потом...даже представить боюсь последствия и твоё
будущее, — я тяжело вздыхаю и опираюсь поясницей о
раковину.
— Крошка, я контролировал себя и применил не всю
силу, для того, чтобы он понял — со мной шутки плохи, — Ник поднимает мой подбородок двумя пальцами, и его
глаза теплеют.
— Я испугалась, — шёпотом признаюсь я.
— Ты храбрая, Мишель. Ни одна девушка бы не
решилась на то, что сделала ты. Ты сама заметила, что
молодёжь нынче любит смотреть, а не помогать. Будь
моя воля, ты бы вообще теперь ходила с охраной, но я
уверен, что ты будешь против, — он улыбается, и я киваю
на его размышления.
— Значит, ты не хочешь никуда идти? — спрашивает
он.
— Нет. Мне нужно время, чтобы прийти в себя, потому
что я ещё в шоке, если честно. И родители сегодня
прилетают, — говорю я.
— Хорошо, я закажу обед домой, — соглашается он и
делает шаг назад. — Иди в гостиную, я переоденусь и
присоединюсь.
Я без слов вешаю полотенце на место и выхожу.
Внутри поселилась грусть, причины которой я не могу
найти.
Я сажусь на диван, и ко мне выходит Шторм, запрыгивая рядом.
— Ты знаешь его тайну? — шёпотом спрашиваю я
собаку, и она ложится головой на мои колени.
— И я вот не знаю, — горько усмехаюсь я, поглаживая
Шторма по голове.
Ещё и часа не прошло, как я была настроена
совершенно на иной ход событий, но сейчас я настолько
устала эмоционально, что сил нет даже думать. С Ником
я постоянно нахожусь в напряжении, ожидая от него
выходки, которая снова развернёт меня на девяносто
градусов, и я окажусь в новой реальности, к которой
придётся приспосабливаться.
Что я делаю? — вопрошаю я сама себя и не могу
найти ответа. Ведь это не моё, всё, что окружает меня не
привычно для меня, но и отказаться я не в силах.
Я закрываю глаза и откидываюсь на спинку дивана, делая глубокий вдох, и пытаюсь расслабиться.
Сперва я чувствую поток тепла, который окутал меня
и улыбаюсь ему, а затем уже сам обладатель этой
особенности садится рядом со мной.
Я открываю глаза и поворачиваю голову налево, смотря на переодетого в футболку и джинсы Ника. Он
