коллекции Шанель.
— Мы не можем, как на нас посмотрят люди, Мишель?
И так они уже тыкают пальцами в нас и за спиной
шепчутся. Мы не можем так низко упасть.
— А что, сосать палец, но носить дорогую одежду и
платить за членство в клубах, намного лучше? — возмущаюсь я её словам. — Переживём.
— Ты не понимаешь, — качает она головой.
— Нет, не понимаю. Зачем вы так стремитесь туда?
Неужели, не проще жить теми, кто вы есть?
— Потому что я оттуда, если ты забыла. И я не хочу
опускаться, ведь мои родители, означает, были правы!
Все! Больше не хочу говорить об этом. Будь с отцом
мягче, а остальное не твои заботы, — я первый раз
слышу, как мама повышает голос, и её лицо
преображается в ужасную маску.
Она разворачивается и выходит из моей спальни, оставляя меня опешившую и непонимающую ничего. Я
даже не знаю, как...что сказать самой себе на эти
новости. Мне всего девятнадцать, и я могу пойти
подрабатывать. Мне плевать на слухи и разговоры за
спиной. И мама может пойти работать, в конце концов!
Что за черт происходит вокруг меня?
Я опускаюсь на постель, глубоко вздыхая. Я не имею
никакого права вмешиваться в эти дела между отцом и
Ником, но все же семейные узы порабощают душу, и я
уже ищу слова, чтобы попросить Ника немного помочь
отцу. Но я тут же отрезаю эти мысли. Нельзя. Не могу.
Сейчас я словно стою между отцом и ним, не зная, куда сделать шаг. Может быть, поговорить с Ником?
Хотя бы немного понять суть их проблем. Хотя могу ли
я? Он только начал доверять мне, и это будет
равняться моей меркантильности.
Я бессильна в данной ситуации, и пока буду
наблюдать. А если будет плохо, то тогда я обращусь к
Нику. Я знаю, что он поможет, хоть как-то, но поможет.
Вспомнив о том, что под кроватью валяются пакеты, я
опускаюсь на пол, заглядывая под неё и доставая
вещи.
Мои пальцы вскрываю конверт, и я улыбаюсь, рассматривая его резкий почерк. Я словно ощущаю
его силу, которую он вдохнул в меня. Я чувствую в
себе невероятной подъем благодаря ему. Раньше бы
я смолчала, ушла и покорилась. Но сейчас я готова
отстаивать своё, защищать или же биться за это до
победного окончания. Теперь я начала ставить свои
желания превыше всего. И это все...новая я
проснулась только из-за Ника.
Я улыбаюсь, возвращаясь к письму.
«Крошка, сегодня я бы хотел тебя пригласить на
первое наше настоящее свидание. Майкл передаст
тебе вещи, которые я выбирал для тебя. Надень это
для меня, потому что я вижу тебя именно так.
В семь вечера за тобой заедет Майкл, не бери никаких
вещей, только документы, телефон и то, что тебе
необходимо. Я надеюсь...планирую, что мы проведём
эти дни вместе. Если у тебя будут с этим проблемы, то
я решу это.
И, Мишель, даже не думай обижаться из-за
вчерашнего. Для меня это было иначе, чем в тот раз.
Ты была полностью моей, и это подтолкнуло меня к
одному очень важному решению.
Я буду ждать тебя, даже если ты решишь не прийти.
Н.Х»
Я закусываю губу от всплеска эмоций внутри. Их так
много, что я не знаю, какой отдать предпочтение. Моё
сердце наполнено, и сейчас я даже не думаю о том, чтобы переживать из-за его реальной роли садиста. Я
просто отодвигаю эти мысли, желая быть с ним вот
таким.
Уже не удивляюсь, находя пару новых чулок и белье
все чёрного цвета. Следом я достаю платье в стиле
бюстье из чёрного гипюра, покрывающего бежевую
основу на тонких бретелях. Бархатные туфли и
дизайнерская сумочка.
Я раскладываю все это на постели, смотря на наряд, и
качаю головой на слишком пошлые мысли, рождающиеся в голове.
В течение двух часов я готовилась, словно этот вечер
должен быть поворотным в моей жизни. Я так
чувствую, сердце не может успокоиться, а руки
тряслись, когда я накладывала макияж. Да, меня
будоражит лишь понимание того, что я увижу его.
Неужели, это происходит со всеми, кто пребывает в
моём состоянии? Я не знаю, но дышать так легко и в
тот же момент сложно. Паника, затопляющая душу и
заставляющая тщательнее осматривать свои волосы, уложенные объёмными волнами, сводит меня с ума.
Переживать: вдруг не понравлюсь? И последние
полчаса носиться по спальне, словно птица в клетке: то хватаясь за телефон, то снова, проверяя, все ли я
взяла. Раз десять подкрасить губы и дышать, потому
что с каждой секундой, приближающей меня к выходу, я боюсь упасть в обморок от нехватки кислорода.
Мне кажется, что я так не волновалась никогда. Но
этот трепет в груди заставляет меня взять себя в руки
и нервно улыбнуться своему отражению. На секунду
закрыть глаза и через мгновение вылететь из спальни, летя на встречу к Нику, стучать нетерпеливо туфлей в
лифте и кусать губы, сжимая в руках сумочку.
— Добрый вечер, мисс Пейн, — с улыбкой говорит
Майкл, открывая мне двери.
И я забираюсь в машину с необузданной радостью, ожидая увидеть его. Уголки губ медленно опускаются, и я готова расплакаться от того, что его нет. Нет, чёрт
возьми. А я же так хотела посмотреть в его глаза, утонуть в их теплоте и шоколаде, ощущая на губах
привкус сладости. Хотя бы обнять его, и все невзгоды
и переживания уйдут. А я одна. Снова одна.
— А где Ник? — сдавленно спрашиваю я водителя, когда мы отъезжаем от моего дома.
