помогая мне выйти. Я вешаю сумочку на плечо, улыбаясь ему, когда он берет меня за руку и
распахивает дверь.
— Хлопай, — предлагает он, и я с удовольствием это
делаю. Свет над нами тут же включается, заставляя
зажмуриться от яркости, на что Ник только издаёт
смешок, хлопая второй раз, и освещение становится
мягким.
— Ты помешан на хлопках, — качаю я головой.
— Ну, так я люблю шлёпать, — он подмигивает мне, беря за руку, и мы проходим стеклянную лестницу, ведущую на второй и нижний этажи.
Первое, что мне бросается в глаза это красный рояль, затем то, что все выполнено в бело-серо-красный
оттенках. Кожа и мрамор. Я кручу головой, наслаждаясь этим свободным глянцевым
пространством, словно тут никто и не жил. Место
подготовили для сдачи или же продажи.
Искусственные цветы в вазах, подушки, огромное
количество удивительных светильников из хрусталя, — всё это больше подходит семейной паре, но никак
не одинокому доминанту. Хотя чёткие линии и
строгость интерьера, говорят мне о том, что тут живёт
мужчина, постоянно держащий себя в рамках.
— Красиво, — подаю я голос, отрываясь от мраморной
серой барной стойки и серебристых кухонных шкафов.
— Тоже не моя заслуга, — улыбается Ник и кладёт
руки на мои плечи, подхватывая пальто и снимая с
меня вместе с сумкой, бросая все на диван.
— Тут гостиная, на нижнем этаже бильярд, тренажерный зал, крытый бассейн, на верхнем
спальни. Три спальни, не знаю зачем так много, но
планировка располагала. В общем, вот, — он разводит
руками, и я улыбаюсь ему.
— И это твоё убежище. В чём его особенность? — интересуюсь я, смотря на стеклянные стены, открывающие вид на зелень перед домом.
— Пошли, покажу тебе, правда, это лучше сделать
утром, но все же, — он берет меня за руку, обходя
гостиную, затем библиотеку, каминный зал, и мы
останавливаемся в ещё одной комнате для отдыха, и
он подводит меня к стеклянным дверям. За ними я
вижу открытый бассейн с лежаками и площадку для
тенниса, баскетбола и футбола, а дальше бескрайняя
зелень.
— За этим всем есть озеро, оно принадлежит мне. Его
видно со второго этажа. Оно огибает остров, который
появился по преданиям ещё в эпоху, когда правили
боги. Это было убежище Зевса, куда он приводил
женщин и наслаждался ими, — рассказывает Ник, а я
ещё шире улыбаюсь.
— И ты в это поверил? — хихикаю я.
— Нет, конечно, но мне понравилось, — пожимает он
плечами. — И там всегда зелено, даже когда идёт
снег, он там сразу тает, словно только на этом кусочке
земли тепло держится круглогодично и не позволяет
заморозить это место. Там живёт надежда на лучшее.
Не знаю. Хотя, конечно, есть научное объяснение...
— Нет, не надо науки. Это действительно очень
привлекает, — перебиваю я его.
— Хочешь, что-нибудь выпить? — интересуется он.
— Нет, я хочу тебя, — честно отвечаю я, поворачиваясь к нему.
— Меня? И что же ты хочешь от меня? — его губы
растягиваются в игривой улыбке, а я кладу руки на его
шею, запуская пальцы в волосы, и придвигаюсь к
нему.
— Трахни меня, — шепчу я.
— Заманчиво, только у меня есть одно условие, — он
пробегает пальцами по спине и находит замочек от
платья.
— Слушаю.
— Ты сейчас примешь ванну, которую я тебе
подготовлю, — он тянет замок вниз, а затем отрывает
бретельки платья с характерным треском, на что я
закусываю губу, ощущая, как низ живота стянулся в
приятном спазме, а платье полетело к ногам.
— Я принесу тебе вина и ты расслабишься. Согласна?
— его руки сжимают мои ягодицы, и я киваю.
— Тогда пошли, крошка, — одним движением он
присаживается и подхватывает меня, укладывая на
плечо.
— Ник! — визжу я, одновременно смеясь и качаясь на
его плече, пока он идёт в обратном направлении.
— Молчать, женщина, ты теперь в моей власти, и я, как Зевс, буду мучить тебя, изводить, пока ты не
утолишь свой ненасытный голод, — громко говорит он, чуть ли не бегом поднимаясь по лестнице, а я крепче
хватаю его за пиджак.
— А потом умертвишь меня оргазмом? — смеюсь я.
— О нет, ты мне ещё нужна. У меня огромная
фантазия, умирать ты будешь часто, но обещаю, что
тебе это понравится, — его зубы впиваются в моё
бедро, на что я вздрагиваю и утыкаюсь носом в его
спину.
— Боже, ты больной, — шепчу я, смотря в пол на
шикарнейший персидский ковёр, затем на паркет и уже
на белоснежный кафель, где меня опускают на него.
Ник отходит от меня, направляясь к ванне, и
открывает воду, настраивая поток, и бросая туда
ароматических средств. Я даже не хочу замечать, что
эта ванна очень похожа на ту, которая в его квартире.
На великолепный пейзаж за окном, только на него, зажигающего свечи и предлагающий мне искупаться.
— А ты? — спрашиваю я, снимая туфли.
— У меня есть дела, поэтому ты пока отдохни, а я
скоро, — говорит он, разворачиваясь и оставляя меня
одну.
Я даже уже не интересуюсь, зачем и почему он так
поступает, только следую его просьбам, стягивая
чулки и трусики, аккуратно складывая все на тумбе.
Погрузившись в воду, я укладываю волосы за ванную
и вдыхаю аромат шоколада и роз, закрывая глаза и
улыбаясь себе.
Невероятно, что по прошествии недолгого времени я
смогла так полюбить этого мужчину. Почему он так
скрывает ото всех себя настоящего? Зачем прячется
