представляя, что я буду с тобой делать, — я
сглатываю вязкую слюну от его мучительно эротичного
тембра голоса. Чувствую, как Ник садится на мои
бедра сверху, сдвигая их вместе и зажимая между
своими ногами. Он голый, совершенно обнажён, и его
мошонка ласково проходит по моему лобку и
упирается в клитор.
— Единственное правило, крошка, никаких резких
движений. Не бойся, я хочу доставить тебе
наслаждение сегодня, показать насколько боль бывает
приятной, — его слова проникают в мой разум, и он
безвольно подчиняется ему, заставляя голову кивнуть, а пальцами сжать цепь, готовясь к новому.
Я пытаюсь прислушаться, но из-за сильного шума в
ушах и оглушающего сердцебиения, отдающегося в
них, я не могу понять, что происходит.
Неожиданно сосок вспыхивает в огне, и я выдыхаю от
боли с ощущением жжения на чувствительной коже, одновременно всхлипывая. Моя спина непроизвольно
выгибается, но я не успеваю отойти от шока, как
холодная...ледяная шероховатая поверхность
слизывает смесь с моего соска, проникая под покровы
и растекаясь по телу приятной судорогой.
— Боже, — на выдохе говорю я, когда все
прекращается, а я облизываю пересохшие губы.
— Я ведь говорил, что секс мы оставим на десерт.
Хочешь попробовать? — я слышу сквозь своё шумное
дыхание голос Ника и киваю.
Его горячий палец прикасается к моим губам и до носа
доносится аромат шоколада. Я раскрываю губы и
обхватываю ими его палец, проводя по нему языком, и
жадно слизываю такой десерт, то всасывая его, то
выталкивая из себя. В голове тут же рисуются
картинки его члена вместо пальца, и я издаю
обиженный стон, когда он вынимает палец из моей
хватки.
— Жадная, черт, какая же ты жадная, — страстно
шипит он, хватая меня за горло, но я лишь улыбаюсь, ощущая, как его эрегированный орган упирается в мой
живот, а я сама между бёдрами уже увлажнилась.
— Ещё, — прошу я, облизывая губы.
Его рука резко отрывается от моей шеи, и он проводит
по ней к лицу, грубо иссушая мои губы своими
пальцами. Но я загораюсь от этой животной грубости, только снова увлажняю губы кончиком языка.
Моя грудь часто вздымается от потрясения организма, да и всего, что я знала. С каждой секундой тело всё
больше и больше требует ласки или же...
— О, господи, — с губ скрывается восхищенный крик, когда новая порция огня опаляет чувственный сосок, требуя отдаться этому лавинному потоку, впитывающемуся в кожу и проникающему в кровь, растворяясь и несясь с умопомрачительной скоростью
к клитору, наполняя его желанием.
— Ник, — мои руки крепче сжимают ставшими
горячими цепи, пока ледяной острый язык слизывает с
соска шоколад. Ник всасывает в себя грудь, а я могу
отдышаться от ярких вспышек за закрытыми глазами.
Моя кожа стала, словно одна эрогенная зона, а
неизвестность от того, где вспыхнет новое пламя, ещё
больше зажигают меня внутри, снаружи...везде...где я
чувствую его.
Ник приподнимается с меня, напоследок прикусив
сосок зубами, вырывая из меня сдавленный писк. И
новая порция восхитительного болезненного огня
течёт на живот и замирает в районе пупка. На лбу
выступает пот, мои ноги непроизвольно вздрагивают, но Ник их удерживает. Мышцы живота активно
сокращаются, а кожа горит под шоколадом, заставляя
полностью отдаться сумасшедшим ощущениям
контрастного душа, последовавшего за этим.
Его язык описывает круги вокруг моего пупка, стирая с
меня горячительную жидкость, заменяя её резаными и
в то же время такими приятными холодными
поцелуями, опускающимися тягучей волной и
импульсами во мне, сосредотачиваясь в недрах моего
тела, желая выплеснуться.
Ник зубами цепляет колечко и резко тянет на себя, заставляя вздрогнуть от боли, а затем расслабиться и
снова сотрясаться в приятных судорогах от его языка, зализывающего ранку.
Он скользит по моим ногам, говоря что-то мне, но я не
слышу его...не могу...только стону или же вздыхаю.
Громко, так громко, что оглушаю саму себя.
Он руками ласкает мои бедра, проводя до колен и
затем в обратном направлении.
— Ник, пожалуйста, — шепчу я, мечась на подушке от
его неторопливых движений пальцев, пробегающих по
лобку.
— Рано, крошка, ещё так рано, — доносится до меня
его приглушённый шёпот, и он рывком открывает мои
ноги, разбрасывая в стороны.
Моё горло саднит от сухости, а я не могу больше
терпеть этой пустоты в себе, судорожно сжимаясь и
пытаясь хоть как-то принести себе разрядку. Его руки
исследуют мои ребра, а прохладные губы ласкают
нежную кожу бёдер, то кусая её, то зализывая. Я
утонула...продолжаю тонуть в своих стонах, его
пальцах, скользящих по мне от клитора и внутрь меня, и снова вверх и вниз. Агония, в которой я пребываю, становится просто сумасшедшей, я больше не
понимаю, где я, кто я и зачем я. Все мысли разом
вылетели из головы, только чувства. И они все
накалились именно в той самой точке...в нескольких, и
мне кажется, что я могу разорваться от необходимости
его члена в себе.
— Пожалуйста...Ник...прошу...мне плохо...войди...в
меня... — как в бреду шепчу я, но ничего...никакой
помощи.
Он лишь проникает двумя пальцами в меня, лаская
изнутри каждую стенку моего влагалища. Мне хочется
плакать от накалившихся нервных окончаний по всему
