нескрываемой дикостью. Я уверенно поднимаю
подбородок и встаю. Я хочу показать ему, что я не боюсь
его ни капли. И пусть сердце разрывает грудную клетку, а
дыхание ускорено. Пусть это не так, но он никогда об этом
не узнает.
Ник хватает меня за руку, отчего я сжимаю губы, позволяя меня вести за собой.
— Цветы, — вспоминаю я, а мой мучитель зло
поворачивается.
— Я отдал приказ, чтобы их забрала Шанна. Для тебя
это всего лишь мило, — язвительно отвечает он.
— Так можешь остаться тут, и пусть она ублажит тебе
за них. Ты ведь потратился, — ядовито произношу я.
Он резко дёргает меня за руку и буквально тащит за
собой. Мы пролетаем мимо растёкшейся по полу от
восхищения выкрашенной швабры-Шанны и подходим к
гардеробу.
— Отпусти, мне больно, — шиплю я, делая попытку
освободиться.
— Заслужила, — фыркает он. — Где твой номер?
Я кручу перед его лицом клатчем, и он вырывает его
из моих рук. Я совершенно не соображаю, а надо было, потому что я бы поняла и уловила тот момент, когда я
вошла в клетку с опасным зверем. И самое глупое, что я
играю с ним, распыляя с каждой секундой всё сильнее.
— Прекрати, блять, так себя вести! — возмущённо
говорю я, но он меряет меня таким же взглядом и
отпускает.
Я растираю своё запястье, пока Ник с суровым видом
забирает моё пальто, а затем поворачивает к себе спиной
и принудительно надевает его на меня.
Я пытаюсь отскочить от него, но он не даёт и снова
моя рука в его хватке.
— Ник, мне больно, — я ударяю его в плечо, но он
даже не двигается. Его губы плотно сжаты, желваки
бегают на скулах, он смотрит на дверцы лифта. Я уже
готова хныкать от страха, но изо всех сил держусь.
Лифт открывается, выпуская новых гостей ресторана, и мы входим в него.
Он нажимает на первый этаж, и разворачиваете меня
к себе, прижимая к стенке лифта руками, сжимая до
хруста плечи.
Я слышу своё громкое дыхание, и моё тело предаёт
меня и начинает дрожать от его безумного взгляда. Глаза
потемнели настолько, что едва не сливаются с
расширенными зрачками.
— За что ты так со мной? — от напряжения я теряю
голос.
— Я хочу задушить тебя за твои слова, за твоё
поведение, за твоё издевательское отношение. Это ты
мне скажи, за что ты так со мной? Тебе нравится
общаться со швалью, которая только использует тебя? — он рычит, и его голос разносится эхом по маленькому
пространству.
— Ты не имеешь права так обзывать незнакомых тебе
людей. Кем ты возомнил себя? Гребаным Греем? Ты не
уважаешь никого кроме себя! А люди достойны этого, — обвинительно отвечаю я.
— Достойны? — он уже срывается на крик, что я
вздрагиваю и жмурюсь. — Ошибаешься, Мишель, люди
ничего не достойны, пока не проявят себя. Вот тебе ещё
одна правда жизни: каждый человек использует другого
себе во благо, даже такую стерву, как ты!
От злости и обиды я толкаю его в грудь, что он от
неожиданности делает шаг назад. Мне хочется ударить
его ещё раз.
— Кто так тебя обидел, Ник? Кто тебя использовал, что ты стал таким монстром, хуже чем он? У него хотя бы
есть сердце, а в тебе один лёд. Но когда-нибудь он
растает, и ты сгоришь! — кричу я, и дверцы
раскрываются.
Я вылетаю из лифта, задевая его плечом. На тонкой
шпильке сложно идти быстро, и я ненавижу себя за то, что испытывала к этому человеку симпатию. Моё тело
бьёт крупная дрожь от адреналина, я ни разу в жизни не
испытывала такую встряску.
Я оказываюсь на улице, судорожно ища варианты
добраться до Сары. Такси, самый верный способ. Но я не
успеваю сделать шаг, как меня хватают сзади в крепки
захват.
— Не уходи, Мишель, не оставляй этот вечер так. Я
планировал всё иначе, но ты просто разломала всё своим
показным характером, — я слышу горячий шёпот, но
делаю попытку вырваться.
— Оставь меня...чёрт бы тебя побрал, Ник! Ты самый
ужасный человек, самый чёрствый и агрессивный в этом
мире, — дрожащим голосом произношу я.
— Да, я такой. Я не притворяюсь в отличие от тебя. Я
прошу прощение за то, что могло обидеть тебя, крошка. Я
уверен, что ты переписывалась с твоим Люком, и это
меня взбесило. Ты была со мной, со мной, чёрт, но
унизила меня, показав, насколько тебе я неприятен, — Ник продолжает держать меня, а мимо проходят люди, с
интересом оглядываясь на нас. Видимо, думают, что тут
происходит великая история любви. Разочарую, сейчас
мой мир раскалывается на равновесие и сумасшествие.
— Слова нельзя удалить из памяти. Отпусти меня, Ник, потому что ты мне действительно неприятен. Но я не
хочу устраивать сцен на улице и привлекать внимание, — я стараюсь сделать все, чтобы мой голос звучал холодно
и, чувствую, что он подчиняется мне.
Я на секунду закрываю глаза и глубоко вздыхаю. Мне
необходим кислород, воздух вокруг спёрт и пронизывает
меня иголками.
— Мистер Холд, — перед нами появляется из
ниоткуда Майкл и смотрит попеременно то на него, то на
меня.
— Мишель, я отвезу тебя домой, — беспрекословно
говорит Ник.
— Хорошо, — сухо киваю я.
Внутри меня словно пронёсся тайфун, и я теперь
ощущаю усталость во всём теле. Мы идём к машине, где
передо мной Майкл открывает дверь и помогает мне
сесть. Ник самостоятельно забирается и не делает
попыток никак воздействовать на меня более.
