— Где? — Энвигадо усмехнулся, прихлебывая йогурт. — Ты на самом деле вообразил, будто я собираюсь сдаться этим гиенам? Я встречаюсь с этим стариком только для того, чтобы послушать его и представить ход мыслей моих врагов.
«Матерь Божья, — подумал Рестрепо, — если он передумает, то, похоже, я уже ни за что не уговорю его сдаться».
— Черт возьми, Пабло, конечно. Но постарайтесь загнать их в угол, прежде чем мы отошлем им старикашку обратно по частям. Давайте просто посмотрим, насколько далеко в своих уступках может пойти Гавириа…
Пабло Энвигадо внимательно и долго смотрел на Рестрепо, затем глаза его засверкали, и он разразился смехом. Хесус Гарсиа, задумчиво глядевший на адвоката, слегка улыбнулся.
— Луис, мой хороший друг и самый отъявленный советник. Именно так мы и сделаем…
Рестрепо кивнул и моментально сменил тему разговора.
— А теперь, Крестный, давайте вернемся к этому детективу. Только прикажите, и он умрет еще до полуночи.
Энвигадо оборвал смех, задумался, осторожно положил большой палец на белоснежную льняную скатерть и забарабанил остальными пальцами по поверхности стола. Затем покачал головой.
— Нет, на это мы не пойдем. — Он резко взглянул в глаза Рестрепо. — Луис, какой смысл выводить из себя департамент полиции Нью-Йорка? У нас ведь в Нью-Йорке дела идут вполне даже неплохо.
Рестрепо вскинул вверх руки, только таким способом он мог позволить себе выказать недовольство.
— Мы уже убили семерых нью-йоркских полицейских. Не думаю, что они нас очень любят.
— Черт побери, и ты еще называешь себя адвокатом, Луис Рестрепо Осорио? Мы хотели убить стукача, и полицейские погибли в ходе обычной вооруженной стычки с нами. Но на то они и профессионалы. Лично к ним не было… претензий. Но убить лейтенанта-детектива?.. Это уже будет откровенным вызовом. Для чего? Пусть дела в Нью-Йорке идут своим ходом, нам не нужна война с полицией, не стоит отпугивать клиентов. Успокойся, дружище, подумай лучше, как другим образом добраться до Лукко.
Пабло Энвигадо расслабился и раздавил указательным пальцем какую-то букашку на носу. Хесус Гарсиа предложил ему носовой платок, Пабло тщательно вытер нос и вновь перевел взгляд на Рестрепо.
— Что бы мы делали, если бы это был полицейский из Боготы?
— Подкупили бы или убили семью.
— Так попробуй подкупить.
Пабло не отрывал взгляда от адвоката. Рестрепо нахмурился, затем слегка улыбнулся.
— Почему бы и нет?.. — Он залпом выпил стакан с холодным чаем и с любопытством посмотрел на девушку-служанку из Картахены, подметавшую ступеньки, ведущие на нижнюю лужайку. — Я сам этим займусь.
Энвигадо заметил, что Рестрепо смотрит на девушку.
— Ты должен быть в Барранкилье через три часа. Хочешь несколько минут провести с маленькой Изабеллой? У нее, правда, на лобке нет еще ни одного волоска, но, Боже мой, как она любит это дело.
Рестрепо поднялся, поставив стакан на стол.
— Когда вернусь. А сейчас у меня дела.
— Знаешь, Луис, — заметил Энвигадо, — иногда мне кажется, что ты предпочитаешь работу сексу. Мой друг, меня это беспокоит.
— Дон Пабло, я работаю на вас, а трахаюсь в свободное от работы время.
Все трое рассмеялись, Рестрепо повернулся и направился по ухоженной лужайке к вилле, построенной в XVII веке для испанского маршала и его девочки-любовницы, которую тоже звали Изабелла.
Энвигадо смотрел ему вслед и, не отрывая взгляда от Рестрепо, обратился к Хесусу Гарсиа:
— Гарсиа, почему он так хочет упрятать меня в тюрьму?
— Шеф, вы платите ему за советы. Хорошо, когда он дает их без страха.
— Если эта затея со священником нечто большее, чем просто игра с целью оттянуть время под видом переговоров… то я сниму шкуру с Луиса Рестрепо Осорио.
Хесус Гарсиа низко склонил голову.
— Не сомневаюсь, Крестный…
Дэвид Джардин провел последнюю консультацию с командой по вербовке, подготовке и отбору агентов. Он съездил на машине на «пасеку», переговорил с шестью инструкторами и четырьмя лекторами, как раз перед их отъездом с «пасеки» на другое задание. На несколько дней Дайлиф Хауз опустеет, в нем не останется никого, за исключением мистера Бенедикта и его супруги, уже полностью поправившейся после операции по замене ребра.
Он прочитал досье вместе с начальником курсов Ронни Шабодо, поговорил с каждым, кто сделал способных и профессиональных агентов из двух мужчин, известных только как «Пакет» и «Багаж».
В Лондон Дэвид вернулся на оливково-коричневом вертолете без опознавательных знаков, прикомандированном к их ведомству из Специального авиакрыла королевских ВВС. Какой-то добросовестный профессионал в соответствии с легендой написал белой краской с каждой стороны хвостового оперения «Водонадзор», но Дэвид заставил закрасить эту чепуху. Отсутствие надписи иногда лучше, хотя и не всегда.
