Амос тотчас же связался с Богартом. Последние несколько часов были посвящены обыску здания, в ходе которого не было обнаружено ничего существенного.
– Мы разослали на Дженкинса ориентировку, – сказал Богарт. – И наша группа дежурит у него дома. По крайней мере, по тому адресу, который указан в его личном деле.
– Готов поспорить, у этого типа был заготовлен путь отхода, которым он воспользовался, как только мы заявились сюда со своими вопросами. Несомненно, у него есть еще с десяток паспортов, которые пройдут самый строгий контроль. Проклятье, возможно, он уже сидит на борту частного самолета и возвращается туда, откуда прибыл… – Декер застонал в отчаянии. – Росс, я так медленно соображаю! Я напрочь упустил окно.
– Я до сих пор не до конца понимаю, как ты вообще заподозрил, что это заведение как-то связано со всем случившимся.
– Беркшир ни за что не стала бы тратить свое время, приходя сюда, если б у нее не было какой-то конкретной цели. – Амос протянул книгу Богарту. – Пусть ее проверят у вас в лаборатории. В ней есть что-то такое, что было очень важно и для Беркшир, и для Дженкинса. Я удивлен, что он до сих пор не забрал ее.
– Сделаем. – Достав из кармана плаща полиэтиленовый пакет для улик, Богарт аккуратно запечатал в него книгу. – Гарри Поттер? Как ты думаешь, что в ней?
– Быть может, какое-то сообщение, зашифрованное с помощью текста книги.
– Значит, Элвин Дженкинс работал вместе с Анной Беркшир… Ты думаешь, это он напал на тебя и похитил флешку?
– Не знаю, – пожал плечами Декер. – Понимаю, внешность может быть обманчивой, но Дженкинс не показался мне человеком, умеющим обращаться со снайперской винтовкой. К тому же он маленького роста и ему за пятьдесят. А тот, кто оглушил меня, был гораздо моложе и гораздо крупнее. Меня так просто не отключишь.
– Значит, есть еще кто-то?
– Ну, если мы
– Мы покопаемся в прошлом этого Дженкинса. Можно предположить, что для работы здесь он должен был пройти проверку.
Декер сидел, молча уставившись в темноту, погруженный в размышления.
– Тебе не дает покоя еще что-то? – спросил Богарт.
– Эта женщина читала книгу умирающему ребенку, только чтобы передавать украденные секреты, – сказал Декер.
Росс покачал головой.
– Да, я тоже об этом подумал… – Помолчав, он добавил: – Я всегда хотел иметь детей. Но все время что-то не складывалось. А скоро я стану разведенным мужчиной. И все же не перестаю об этом думать.
– Ты еще сможешь снова жениться, Росс, – Декер поднял на него взгляд. – Завести детей.
– На мой взгляд, воспитание детей – это все-таки игра для молодых. Мне же уже скоро стукнет полтинник.
Амос пожал плечами.
– Я просто говорю, что такое возможно. Но, с другой стороны, что я могу знать? У меня был ребенок. Теперь у меня нет ребенка.
– И все же ты был отцом, Амос. У тебя была дочь. И у тебя до сих пор была бы дочь, если б наш мир не был таким порочным.
– Что ж, дочери у меня нет, и это так. Так зачем желать того, чего у тебя никогда не будет?
Богарт поморщился с неуютным видом.
– Где Алекс?
– По-моему, до сих пор сидит у Джоуи Скотта. Мне кажется, что вся эта полицейская суета разбудила и встревожила пациентов. Алекс успокаивает мальчишку.
– Значит, у него вправду никого нет?
– Похоже, никого. Я не знаю, сколько ему еще осталось жить. Полагаю, немного. Порой этого достаточно, чтобы захотеть приставить к голове пистолет и спустить курок. – Он посмотрел на Богарта. – Как это сделал Уолтер Дабни.
– У него был выбор, Амос. Выбор есть у всех.
– Да, просто иногда от всех возможных вариантов тошнит.
– Я отправлю эту книгу в лабораторию, – сказал Росс.
Декер отрывисто кивнул, и Богарт, торопливо пробежав под дождем, сел в машину. Амос проводил взглядом, как он уехал, после чего прошел по коридору к палате Джоуи Скотта.
Джеймисон, сидевшая на краешке кровати, подняла взгляд на появившегося в дверях Декера.
– Джоуи только что заснул, – шепотом сказала она, поднимаясь с кровати и присоединяясь к Декеру.
– Богарт отвезет книгу в лабораторию, чтобы там ее изучили.
– Никаких следов Дженкинса?
Амос молча покачал головой.
Джеймисон оглянулась на спящего в кровати Джоуи.
– Ты можешь представить себе что-либо более бессердечное, чем то, чем занимались эти люди? Прикрываясь умирающим ребенком, передавали украденные секреты…
– Мне еще предстоит увидеть пределы человеческой бессердечности, – ответил Декер. – Но ты права, это действительно так.
– Не могу поверить, что говорю эти слова, но, возможно, Дабни сделал доброе дело, пристрелив Беркшир.
– Тут многие с тобой согласятся. И все-таки это неправильно.
– Знаю. Я просто выпускаю пар, – сказала Алекс. – Каков наш следующий шаг?
