Амина фыркает, пытается убедить меня, что меня там никто не ждет. Я верю и знаю. Прекрасно знаю, что не ждет. Чувствую это, но это меня. А с ребенком может быть все по-другому. Я знаю, что мать Рустама всегда хотела внуков. Она не говорила со мной об этом после свадьбы, но они с мамой часто обсуждали, как нянчили бы внучат. Так что есть вероятность, что меня примут обратно. Даже несмотря на то, что я сделала.
— Ладно… — вздыхает Амина. — Не хотела тебе этого говорить, но вот…
Она протягивает мне телефон. На экране — свидетельство о разводе. Наше с Рустамом, конечно же. Я тщательно перечитываю то, что написано. Когда вижу наши имена, сердце сжимается от боли. Вот, значит, как. Он со мной развелся. Официально.
— Зачем это тебе? — спрашивает Амина, бросая на меня взгляд через зеркало заднего вида.
— Надо.
Что еще отвечать? Что я должна сама убедиться, что он обо мне больше не помнит? Что спокойно променял меня на другую? Что построил жизнь с ней, забыв меня? Да, я хотела этого. Я хотела воочию увидеть его… с ней.
— Это глупо, мы говорили тебе. Сейчас не лучшее время, ты не в порядке.
Кажется, Амина единственная, кто помнит, что у меня есть проблемы со здоровьем. Я сама об этом благополучно забываю, потому и лежала на сохранении уже два раза. В этот раз я стараюсь не натворить глупостей. Сижу в машине, выполняю дыхательную практику.
Выходите, ну же…
Я должна увидеть.
Ами не раз показывала мне фотографии, показывала счастливую Екатерину и Рустама. Его, оказывается, не посадили. Суд несколько раз откладывали, искали доказательства, но все равно не получилось, его защитил адвокат. И вот он на свободе, как говорит Ами, вместе с Екатериной они планируют свадьбу. Я верю, но хочу увидеть, мне нужно, прежде чем я сделаю глубокий вдох и начну жить дальше.
— Они бывают здесь каждую пятницу, — говорит Амина. — То ли примерка у них тут, то ли что… выбирают наряд к свадьбе, видимо.
Мы стоим перед свадебным салоном. Яркая неоновая вывеска помпезного здания привлекает всеобщее внимание. Мимо этого салона не пройти. Если бы у меня был выбор, я бы точно покупала платье здесь, но мой наряд на свадьбу выбирала мама, так что мне оставалось только согласиться.
Где-то в глубине души что-то неистово сжимается. Тоска, спрятанная далеко-далеко и запертая, казалось бы, надежно, выбирается на волю. Я соскучилась по родителям, которых у меня, к сожалению, больше не будет. Для всех я — предательница. Как и Амина. Но она, в отличие от меня, держится уж слишком молодцом. Словно все это никак на нее не повлияло.
Стоит мне уловить движение за окном, как я прилипаю к стеклу и никак не могу заставить себя отлипнуть. Там, в нескольких десятках метров, стоит Рустам. Точно такой же, каким я его помню. Высокий, статный, уверенный в себе. Кажется, он слегка изменил прическу, но так ему даже лучше. Я прислоняюсь к окну и не могу отвести взгляда, а потом… потом я вижу руку с красным маникюром на изгибе его локтя. Красивую, с тонкими пальцами, руку.
Поморщившись, зажмуриваюсь, но затем снова открываю глаза. Смотрю очень внимательно, чтобы запомнить каждую деталь. Как Екатерина его трогает, как ему улыбается и как он говорит с ней в ответ, как смотрит. Господи, с теплотой смотрит. Не так, как когда-то на меня, а так, словно она — самый важный объект в его жизни.
Хотя… Почему «как»?
Так, скорее всего, и есть.
То, что они какое-то время были не вместе, не значит, что они не хотели. Просто им мешала я своим присутствием. А теперь меня нет в жизни Рустама и двери для Екатерины открыты настежь. Обещание перед родителями жениться на мне Рустам исполнил. Это я его не оценила, потеряла.
Осознавать, что назад дороги нет, неприятно. И что ребенок будет расти без отца, тоже.
— Можем ехать?
Амина заводит двигатель, смотрит на меня сквозь зеркало заднего вида.
Она молодец. Столькому научилась, водить машину, например. Я так и не смогла, да и разговора об этом с Рустамом не было. А теперь уже не до этого и сомневаюсь, что будет.
— Подожди… — прошу Амину заглушить мотор.
Смотрю и смотрю на пару, которая режет мое сердце без ножа. Я хочу, чтобы Екатерины не стало. Чтобы она испарилась по щелчку пальцев прямо сейчас, но она, к сожалению, остается стоять рядом с Рустамом. А затем идет вместе с ним к машине, садится на переднее сидение. Я все это вижу и продолжаю смотреть вдаль уезжающей машине. Просто потому что мне кажется, что там, в той машине, отдаляется от меня частичка моего сердца.
Рустам никогда не принадлежал мне. Как бы мне не хотелось думать иначе, это правда. Сколько бы я лелеяла себя надеждами, что он полюбит меня, этого так и не произошло. Теперь я даже не знаю, кем была для него. Удобной навязанной женой?
Амина больше не спрашивает, можем ли мы ехать, просто выруливает на дорогу и уносит меня подальше от места, которое окончательно поставило точку в наших с Рустамом отношениях. Не то, чтобы я надеялась, хотя, наверное, черт возьми, да! Да, я надеялась!
— Ты точно в норме? — спрашивает Амина, подозрительно глядя на меня.
Я киваю. Вынужденно.
