Дракон аккуратно выпустил меня, затем сделал неуловимое движение, превращаясь в человека. Я мгновенно оказалась в жарких объятиях, но вместо того, чтобы радоваться спасению и прикосновениям Стейнара, почему-то изо всех сил оттолкнула его.
— Нея? Что случилось?
Я тяжело дышала, пытаясь остановить просящиеся наружу слёзы и объяснить самой себе, что происходит. Лицо Стейнара окаменело.
— Выходит, я зря прилетел?
— Нет! Нет, я очень рада, что ты меня спас!
— Тогда что не так?
Голос дракона прозвучал нежно. Он снова обнял меня, осторожно, будто опасаясь, что я убегу.
— Почему? — мой голос дрожал. — Почему ты оставил меня? Если я тебе нужна, почему мы развелись?
Стейнар терпеливо вздохнул.
— Милая Нея, если бы я проиграл, и случился переворот, у кьяры Дельфорс не было бы шансов уцелеть. У Линнеи Норртелье их было куда больше.
Дракон привлёк меня ещё ближе, и отталкивать его уже не хотелось.
— Ни одной ночи ты не провела без присмотра, моя кьяра, — прошептал он мне на ухо. — Я не оставлял тебя.
Жаркие губы переместились к моим. В голове поплыл туман, а тело расплавилось в тесных объятиях.
— А как же твоя невеста? — пробормотала я, с трудом удерживая последние крохи разума.
Стейнар отодвинулся. Впрочем, недалеко.
— Бабушка расторгла нашу помолвку сразу после Мидвинтера. По моей просьбе. Ты — моя невеста, Нея.
Мягкие настойчивые губы наконец накрыли мои. И теперь я уже не отталкивала, но наоборот — прижималась к нему изо всех сил, наслаждаясь этим ощущением и жарким поцелуем. Наконец-то нас не разделяли ни дурацкие договорённости, ни магическая преграда. Наконец всё было так, как должно быть: я — его, а он мой.
Пятьдесят с хвостиком лет спустя
Серебристые пряди волос, разбегающиеся линии морщинок и бесконечные мудрость и любовь в глазах. А рядом он — Хранитель, могущественный и сдержанный, опора всего рода и лично её. Айвинн и Клёнг Дельфорсы. Надеюсь, через три сотни лет мы со Стейнаром будем выглядеть не хуже.
Я собиралась поспать подольше, но меня разбудила вибрация кристалла. Оказалось, художник прислал изображение с портретом почившей четы Дельфорсов, который мы заказали для Блэкингарда. Первым делом я помянула недобрым словом прогресс и новейшие технологии, но когда увидела послание, забыла о своём недовольстве.
Теперь я с нежностью рассматривала каждую чёрточку на портрете. Кьяра Айвинн верила в нас со Стейнаром. И не ошиблась.
Идиллию чудесного утра после приятно проведённой бессонной ночи разрушила возня за дверью. Я спешно нырнула под одеяло с головой. Только не это! Пусть думают, что я ещё сплю.
— Мама!
Матрас спружинил под двумя тяжёленькими телами, подбрасывая меня. Я застонала, зарываясь глубже в подушки. Ну всё, вот и отдохнула.
Мне не нужно было вылезать из-под одеяла, я и так знала, что меня ждёт снаружи. Две совершенно одинаковые рожицы наших сыновей — Дюрса и Клёнга — сияющие обычной для малышей утренней радостью.
— Мам, вставай!
— Ну хватит спать!
С меня попытались стащить одеяло, но я вцепилась в него изо всех сил. Не на ту напали! Я всё-таки кое-чему научилась четверть века назад с их старшими сёстрами.
— Там снег выпал!
— Вот и отлично! — пробубнила я из своего укрытия. — Идите лепить снеговика.
— Ну мам, мы хотим с тобой…
Звонкие голоса вдруг перебил низкий возглас.
— Эй, вы что здесь делаете? А ну кыш!
С моих плеч упала гора. А может это слезли малыши. Стейнар не улетел по своим хранительским делам, и теперь со всем разберётся.
— Я говорил вам не мешать маме по утрам. А ну бегом умываться! После завтрака жду вас во дворе. Будем делать снежных драконов.
С восторженным визгом и топотом малыши унеслись прочь. Я осторожно выглянула из-под одеяла и наткнулась на смеющийся взгляд мужа.
— Доброе утро, моя Нея.
Его ласковый голос напомнил о прошедшей ночи. Тело отозвалось трепетом, как и полвека назад. Как и все эти годы.
Я откинула одеяло, усаживаясь. На тумбочке у кровати стоял поднос с горячим утренним какао, фруктами и горкой снежков.
— Знаешь, кажется, мне больше не хочется, — проворчала я. — Две пары близнецов подряд — это уж слишком.
— Ты же сейчас про снежки, да? — с наигранным беспокойством уточнил Стейнар.
Мы рассмеялись, потому что в ближайшие двадцать лет пополнения точно не планировалось. После ритуала соединения жизней, я получила не только драконье долголетие — как и драконицы, я могла зачать только раз в четверть века. И теперь я знала почему! Такая вот уловка природы, чтобы мать могла к следующему разу забыть, каково это — растить шебутного драконёнка.
— Ты сегодня не улетаешь?
Я погладила свежевыбритый подбородок Стейнара, убрала за плечи его отросшие волосы.
— Нет. У нас сегодня праздник.
Глядя, как я нахмурилась, вспоминая, какой сейчас день, дракон снова рассмеялся.
— Ни за что не угадаешь.
— Тогда говори!
— Анук выходит замуж.
Я подскочила, чуть не перевернув поднос.
— Что?! Кто?! Нет, не говори мне, я знаю! Это тот врач, да? Который наблюдает её последние двадцать лет.
