— Можешь оставить его себе, если хочешь. Лапка зажила, значит магии в крови больше не осталось. Второй раз эти существа не служат никому.
Свар присел на диван. Я отодвинулась, стараясь быть подальше от него. Тело всё ещё не очень хорошо слушалось.
— Я всегда говорил себе, что наш союз в интересах клана, но это не совсем правда. Это и в моих интересах. Просто это очень сложно — признать, что дракону может всерьёз понадобиться человек.
Что-то промелькнуло в его холодном равнодушном взгляде.
— С тех пор как погибла Айрин, я ухожу всё дальше. Ещё сотня лет, и во мне не останется ничего живого. Только оболочка, идеально и безжалостно выполняющая свой долг. Понимаешь, почему мне так дорого всё, что вызывает во мне хоть какие-то чувства?
Страх в моей душе смешался с сочувствием. Белый дракон погибал, но я не могла ему помочь, потому что моё сердце занимал другой.
Исангер протянул руку, беря меня за подбородок. Прикосновение оказалось твёрдым, но неожиданно тёплым. Я резко отстранилась, а раттоск, виновато сидевший рядом со мной, вдруг с верещанием вцепился в палец дракона.
Тот с шипением отшвырнул бельчонка. На белоснежной коже выступила яркая кровь. Исангер метнул взгляд, и зверёк замер на полпути обратно ко мне, безвольно садясь на пол.
Укус на пальце дракона затягивался на глазах. Свар снова посмотрел на меня.
— Не заставляй меня делать то же с тобой, Линнея.
Он подвинулся ещё ближе, перекрывая рукой путь к отступлению.
— Исангер… — сердце колотилось как бешеное, горло перехватывало. — Ты ведь не станешь… Ты не такой…
Он приостановился.
— Конечно, не такой, Линнея. Я просто знаю, что одного моего поцелуя будет достаточно, чтобы ты забыла все другие. Ты сама попросишь о продолжении. А сейчас, пожалуйста, перестань мне мешать, иначе придётся тебя обездвижить.
Он был уже совсем близко. Я попыталась отвернуться, но дракон схватил моё лицо двумя руками и вгляделся в глаза, посылая ментальный приказ замереть. Теперь я могла только смотреть, как его красивые губы приближаются к моим.
Я уже чувствовала его запах, так похожий на запах свежего морозного утра в горах Блэкингарда, как вдруг за окном раздался протяжный рёв, от которого задрожали стёкла в окнах.
Исангер выругался и вскочил. Спешно скинул пиджак, пробежался пальцами по пуговкам рубашки. Я успела испугаться, но дракон, бросив одежду на диван, вдруг распахнул одно из окон и бросился вниз.
С моего места на диване видно было немногое. Снаружи раздавались рычание драконов и рёв пламени. Иногда в окне мелькали крылья, когти, переплетённые драконьи тела — чёрное и белое.
Пошевелиться я всё ещё не могла. Когда дерущиеся драконы отдалялись от окна, мне оставалось только смотреть на аккуратный ряд пуговиц на рубашке Исангера, что лежала рядом со мной. Я закрыла глаза, чувствуя, как холодит кожу воздух из открытого окна.
Пожалуйста, пусть победит Стейнар, пожалуйста.
В окне мелькнуло окровавленное белое крыло. Раздался отчаянный рёв, который стремительно удалялся и оборвался со звуком падения чего-то тяжёлого.
Окно заслонила тёмная тень. Сложив крылья, Стейнар протиснулся в комнату и бросился ко мне.
— Нея! Ты цела?
Показать ему, насколько я счастлива, можно было только глазами. Дракон выругался, подскочил, исчезая из поля зрения. Послышался звук, с которым открываются дверцы шкафа. Затем Стейнар появился с огромной шубой, раскинул её на диване и пересадил меня, плотно закутывая в мех.
— Скоро ты снова сможешь двигаться, это пройдет.
Он подхватил с пола раттоска и сунул мне за ворот. Затем поднял на руки пушистый свёрток с нами и вылез в окно.
Отлетев подальше, Стейнар обратился драконом. Мне предстояло путешествие в огромной кожистой лапе, в которой оказалось куда комфортнее, чем можно было представить.
Между покрытыми чешуйками пальцами, что окружали меня как прутья клетки, я могла рассмотреть жилище Исангера: серый замок с высокими башнями, выступавший прямо из скалы. Чем дальше мы удалялись, тем больше он сливался с окружавшими его камнями. Вид здесь был не хуже, чем в Блэкингарде. Я любовалась им, пока обзор не заслонил бесшумно спланировавший сверху белый дракон.
Из его шеи текла кровь, разрисовывая огромное тело яркими разводами. Лениво взмахивая крыльями, он держался прямо за нами, но не спешил нападать.
Один удар в спину, один огненный залп — и всё закончится. Я зажмурилась изо всех сил в ожидании атаки. Но когда снова открыла глаза, увидела лишь горы, покрытые снегом, и голубое небо. Исангер исчез.
Оставшийся путь прошёл спокойно. Только бельчонок, очнувшись в полёте, щекотал меня подмышкой, пытаясь устроиться поудобнее. Думаю, только поэтому мне удалось так быстро сбросить с себя обездвиживающие чары — чтобы переложить раттоска в карман, где он довольно быстро уснул.
Вскоре под нами в сумерках загорелись огни Вестервига. Затем показались строгие постройки дворца. Здесь мы и приземлились, на широкой площадке в саду, слабо освещённой голубоватым светом кристаллов.
