— Когда мы перестали говорить? — Левон шумно выдохнул, прошелся ладонями по тонкому шелку платья, сминая его на талии. Казалось, оно мешает ему, раздражает! Столько сдерживаемого гнева было в этом жесте, столько импульса, что ненароком сердце подпрыгнуло. — Мы могли болтать часами, нам не мешали ни статус фиктивного брака, ни пустой холодильник, ни истерики родителей. Куда это всё делось?
— Наверное, мы просто стали мамой и папой? Некогда нам было говорить, ты пахал сутками, а я дежурила в больницах. А когда все закончилось, мы так и не вышли из этой роли…
Это была правда.
Чистая. Горькая. Но зато правда.
С Левоном мы болтали с самого детства. Не зря он стал моей первой влюбленностью, не зря я тайком хранила его фото под подушкой, потому что идеальней мужчины и быть не могло на всём белом свете.
Он был моим тайным принцем, моим навязчивым сном, моей мечтой.
И чем закончилось?
Побегом?
— Я такой болван, что предложил этот развод! Смотрел в твои потухшие глаза и не понимал, что делать дальше. Вместо того чтобы поговорить, мы с тобой чуть не превратили всё в руины, — Левон усмехнулся и снова поцеловал, только с каждым разом его поцелуи все больше смещались к лицу. И вот кожа уже полыхала ожогами, а внутренний голос вопил: «Подними голову! Позволь ему поцеловать!».
Позволь… Это такое дурацкое слово! Компромисс какой-то! Серёдыш между дать и взять. Полумера, от которой я просто устала.
И Куталадзе словно мысли мои прочитал. Рывком обхватил лицо ладонями, уперся лбом, с жаром нашептывая слова:
— Ты можешь сопротивляться, можешь не верить и винить меня во всех смертных грехах, Кара, но я уже не смогу отпустить тебя!
— И когда же ты это понял?
Его слова растекались бальзамом, согревали заиндевевшую душу. Вот только все равно мало было!
— Сегодня и понял… Какие-то гребаные розы снова всколыхнули тот огонёк в твоих глазах! Как когда мы узнали, что у нас будет сын. Цветы смогли вернуть искру, а я не смог… Болван слепой! — его губы скользили по моим, дразняще царапала щетина, пальцы впивались в кожу, зарывались в волосы, создавая ощущение правильности.
Сдержанный Левон сейчас дрожал от закипающей страсти!
Ему было все равно на сотни любопытных глаз, на то, что это неподходящее место для выяснения отношений, для проявления чувств. Но ни он, ни я не готовы были разорвать магию этого момента.
Мы просто кружились, сплетя наши взгляды, не слышали музыки, голосов, и даже не заметили, как друзья окружили нас, создав плотную завесу от посторонних. Купол, в котором мы просто могли побыть вдвоём.
Нас спрятали, укрыли, подарили несколько минут, чтобы вспомнить, как всё начиналось.
— Это был не фиктивный брак, Кара. Для меня так не было никогда.
— Но ведь уже поздно? Да? Какая теперь разница, какой статус был у нашего брака? — я усмехнулась и сделала робкий шажок. Первый был самым сложным. Но с каждым новым становилось проще, легче…
Отдалялась сантиметр за сантиметром, пока руки Левона не упали вдоль тела в бессильном жесте.
И правда. Что уж теперь?
Нельзя постоянно рыться в прошлом, нельзя думать о том, что можно было бы изменить, исправить.
Наша лодка затонула, а выхода всего два: либо ждать, пока приплывут спасатели, либо грести в сторону берега, где можно начать заново.
Осталось только определиться, чего же мы хотим?
Сама не заметила, как оказалась на улице. Меня буквально вынесло из ресторана. В голове билась навязчивая мысль — БЕЖАТЬ! Забыла пальто, сумку, но зато не могла оставить свой первый букет цветов.
Можно испугаться, сдаться, развернуться… Можно вновь себе позволить вернуть то, что было ещё несколько месяцев назад. Но если я не готова?
Если желание ощутить себя женщиной стало только сильнее? Мне так не хватало здорового самолюбия, легкого эгоизма, что даже теперь, впервые выбрав себя, мне до ужаса стыдно!
Охрана тут же распорядилась насчет машины, я быстро села на заднее сиденье и позволила выкатиться слезе.
Можно начать кругосветное путешествие заново.
Можно сесть в новую лодку.
Но есть одно условие: ни у Левона, ни у меня не должно быть сомнений и тяжести прошлого, иначе мы снова потонем, столкнувшись с первыми проблемами. Если раньше бреши закрывал Андрей, то теперь, оказавшись наедине, мы вряд ли сможем справиться с этим.
Дорога была пустая, и вскоре мы вкатили на территорию коттеджного поселка. Тихо вошла в дом, скинула платье и первым делом рванула в душ.
Если не смою его запах, то не усну…
Кожа пылала, на лице пульсировали ожоги его поцелуев.
И почему я думала, что всё будет просто?
Разбежались, забыли прошлое и начали строить новую жизнь?
Двадцать лет не выбросишь в урну, не закроешь на замок.
Мы словно до сих пор одно целое! Только благополучно забыли об этом.
Тогда я и это хочу забыть. Не хочу быть женой, мамой и любовницей. Я хочу быть женщиной, ради которой сворачивают горы. Имею я на это право?
Закуталась в халат, толкнула дверь и вошла в пустую спальню.
Все чужое. Не та кровать, не тот вид из окна, и нет мужчины, который каждый вечер ждал меня из душа.
Левон притворялся, что не подсматривает, но я-то видела! Оттого и провоцировала…
