То же самое относится к займам и принудительным пожертвованиям городской буржуазии, которые могли принести несколько сотен тысяч ливров, а также к церкви, которая была очень богата и регулярно облагалась налогами, о которых мы уже упоминали.
Однако главным новшеством царствования, тем, что будет способствовать дурной репутации короля, являлась практика денежных манипуляций: не следует довольствоваться тем, что берешь деньги у других, а следует делать их самому, используя свою власть. Основная идея заключалась в том, что деньги — это валюта короля, чей знак изображен на каждой монете и гарантировал ее стоимость; поэтому суверен имел право за услуги, которые он оказывает обществу, получать процент от чеканки и устанавливать стоимость монет в соответствии с общими интересами и, прежде всего, своими собственными. Даже Папа Римский был согласен с этим. Согласно Иннокентию IV, "если у государя есть неотложные нужды, он может взять часть доходов от чеканки монеты, чтобы она стоила меньше своей материальной стоимости […]". Действительно, монета получает дополнительную ценность, потому что она является частью юрисдикции короля, его власти и его персоны. Один из любимых отрывков в Евангелиях для правителей — это когда Иисус говорит фарисеям: "Отдавайте кесарю кесарево".
Есть много способов манипуляции с монетами: переплавить монеты, чтобы сделать новые, содержащие больше или меньше драгоценного металла; сохранить те же монеты, но постановить, что их номинал будет больше или меньше; начеканить больше или меньше монет из того же веса металла; комбинировать эти процессы; играть с соотношением золота и серебра, поскольку биметаллизм монет был восстановлен после Людовика Святого. Последний также являлся эталоном в этой области, с памятью о его "хороших деньгах". Очень рано Филипп IV осознал потенциальные возможности этих манипуляций для увеличения своей покупательной способности. Но манипуляции с деньгами — это опасная игра, которая несет большие риски, если ею занимаются дилетанты, не владеющие всеми последствиями этих сложных механизмов. Филипп IV знал об этом. Он был способным учеником, и его первые решения в этой области были благоразумными. Манипулирование деньгами могло бы облегчить положение казначейства, если бы он действовал умеренно.
Он сделал это в 1290 году, проведя двойную девальвацию, первую со времен Людовика Святого. Стоимость серебряной монеты, известной как "турский грош", которая весила 4,219 грамма чистого серебра, была повышена с 12 до 13 денье. Покупательная способность тех, кто им владел, увеличилась на 8,3 %, и на столько же сократились долги, что было особенно выгодно королю, самому задолжавшему человеку в королевстве. Марка чистого серебра (244,7529 грамма) была повышена с 54 до 55 су и 6 денье. Одна марка был разделена на 58 турских грошей. В то же время золотая монета, "королевская" золотая монета (24 карата) с изображением величественного короля, была уменьшена в весе: из каждой парижской марки весом 245 граммов изготавливалось 70 штук, то есть монеты весили 3,496 грамма вместо прежних 4,196 грамма, а их номинальная стоимость оставалась 10 су: при той же номинальной стоимости драгоценного металла в ней было на 16 % меньше. Благодаря этой операции Филипп IV экономил золото, что позволяет ему чеканить дополнительные монеты, получить процент от права чеканки, увеличить денежную массу в обращении и, таким образом, средства платежа. Это был успех. Но не следовало злоупотреблять этим процессом.
На данный момент он освободился от арагонских и сицилийских проблем, прочно сидел на троне, престолонаследие было обеспечено, в королевстве был мир, никто не оспаривал его власть. Он был главой эффективного правительства состоящего из компетентных юристов. Зарекомендовав себя как очень серьезный партнер во внешних делах, предусмотрительный и внимательный, особенно в отношении своего английского вассала, и незаменимый союзник Святого Престола, Филипп IV в конце 1291 года, будучи уже двадцати трех лет от роду, мог приступить к своим личным делам. Именно с 1292 года Филипп Красивый по-настоящему стал самим собой.
