Оставив Стиви в мастерской до утра, возвращаюсь домой на автобусе. Включаю плеер и смотрю в окно, наслаждаясь медленной поездкой и духотой. Я редко обращаю внимание на подобные мелочи и отвлекающие факторы. Жизнь слишком хороша, чтобы тратить энергию понапрасну.
В голове четко-выстроенный жизненный план, я всё время с ним сверяюсь, ставлю галочки напротив выполненных дел и двигаюсь дальше, к следующему пункту.
Моя жизнь может показаться размеренной и ровной, я и сама так всегда считала, но каким-то образом она разделилась надвое. Иногда, перестаю понимать какая половина верная. Порой разрываюсь на части и ухожу глубоко в себя, долго и муторно копаюсь, пытаясь понять, как я живу? Но ответов не нахожу, как и сил отказаться хоть от одной половины жизни.
Одна часть меня — примерная дочь своих родителей.
Переступаю порог дома, снимаю обувь и сразу убираю в гардероб. Из кабинета выходит отец. Его спина идеально-прямая не смотря на высокий рост. Одной рукой он держит книгу, другой очки. Хмурый взгляд бледно-голубых глаз осматривает меня с головы до ног.
— Я не слышал этого отвратительного рева. Где твой байк?
— Он у Герни. Завтра заберу, — я продолжаю стоять, не решаясь пройти. Знаю, допрос ещё не окончен. Я терпелива, как и всегда и так же приветлива.
— Этот монстр, наконец, сломался? Мария была бы счастлива.
— Увы, — беззлобно отвечаю, пожимая плечами. — Маме придётся подождать.
Я молчу про то, что они мне сами его подари. Так и не ясно, за какие заслуги. Я ведь даже не просила, но когда увидела Стиви — влюбилась сразу.
Отец смотрит пристально, настороженно, но молчит.
— Мой руки, переодевайся, и иди кушать. У тебя сегодня практика есть?
Сердце пропускает удар, и так происходит каждый раз, когда приходится врать.
— Да. Я поеду к четырем, сразу после обеда. А теперь можно я пройду и обниму тебя?
Отец откладывает книгу на журнальный стол и позволяет прижаться к нему. Я вдыхаю родной запах парфюма с ванильными нотками бельевого ароматизатора. — Я соскучилась, — поднимаю голову и заглядываю отцу в глаза. Он немного щурится, один раз проводит по волосам и спешит разорвать контакт. Моя семья не приверженцы проявления чувств. Мама говорит; привязанности разрушают личность. А я должна быть достаточно сильной, для достижения общих целей.
Вторая часть меня — моя «практика».
Останавливаюсь перед величественным бизнес центром и улыбаюсь. Офис на одиннадцатом этаже этого здания является моим убежищем. Не знаю, правда, от чего, но мне безумно хорошо, за его стенами. Я отдыхаю в нём, не смотря на то, что работаю. Такой вот забавный парадокс.
Охрана в черных строгих костюмах, встречает меня улыбкой. Прикладываю пропуск и прохожу турникет. Я знакома с каждой кофеваркой в этом здании, с уборщицами и мойщиками стекол. Но я не с кем не дружу, и меня никто не знает. Одно из правил нашего дома — никаких знакомств.
В приемной меня встречает Сара. На женщине красивый костюм, кораллового цвета. Мне нравится, как уложены её красивые каштановые волосы, но я никогда не решалась сказать об этом слух. Это означало бы завести диалог, а значит, рассказать о себе.
— Привет, малышка! — женщина заключает меня в приветливые объятия, я понимаю, что позволяю ей это делать, а сама остаюсь безучастной, тем самым уже не раз провожу аналогию с отцом, но отгоняю прочь эти мысли. — Шеф ждет тебя, уже спрашивал. Каждый раз волнуется перед встречей с тобой, — хихикает она, таинственно улыбаясь. — Уже попросил принести твой любимый кофе и шоколадные вафли.
Улыбка против воли появляется на лице и ощущение «дома» захлестывает с головой, выбивая из меня воздух. Трясу головой, чтобы немного прийти в себя.
— Спасибо, Сара, — благодарю секретаря и тихо вхожу в такой знакомый и уютный кабинет с огромным окном во всю стену, прямо за спиной начальника.
Он сидит за большим столом, изогнутой формы и насыщенного рубинового цвета. Задумчиво смотрит в монитор компьютера и мешает зеленый чай с цедрой апельсина и имбирём, — его любимый. Я улыбаюсь почти блаженно, когда этот респектабельный мужчина в светло-голубом костюме, поднимает на меня свои пронзительные карие глаза.
— Малыш, я заждался, — с этой фразы начинаются почти все наши встречи. Его голос немного хрипит, он сам это замечает и привычно лезет в ящик за леденцом. Ему приходиться много говорить, отсюда годовой запас «холса».
Снимаю обувь, да именно так, подхожу к шкафу в углу, и достаю белый плед. Направляюсь к столу, извлекая из сумки приготовленные бумаги. Молча кладу перед мужчиной, взамен беру кофе и иду на свой небольшой диван возле стены. Он куплен специально для меня. Вещь, которая принадлежит лично мне. Ещё есть Стиви — он тоже мой, но на нем лежать неудобно.
Пока начальник хмурит брови, знакомясь с отчётом о проделанной работе, я могу позволить себе просто не думать. Прикрыть глаза, вдыхая терпкий аромат кофе с капелькой ликера. Дать возможность телу расслабиться.
Минут через двадцать, когда кофе выпит, начальник откладывает бумаги. Он потягивается, а я пересаживаюсь к нему за стол.