— Ты не говорил мне, — укоризненно произносит шеф. Ну-ну, что вы ещё придумали, господин Марвол?
— Диана, раз мы не успели закончить, приглашаю вас сегодня на ужин к нам домой. Узнаете будущего мэра, так сказать, в домашней обстановке.
Наши лица синхронно вытягиваются. Ужин?! Ужин?! — мысленно кричу я, стараясь расчленить Джима взглядом. Тоже делает Ричи.
— Спасибо мистер Марвол, с радостью приду, — а вот вам обоим! — Рада была познакомиться! Всего доброго, — поднимаю сумку, упавшую со стула и обхожу застывшего парня, случайно задевая его рукой. Я оборачиваюсь, вздрогнув: мы смотрим, друг на друга, пытаясь что-то отыскать во взгляде и я, наконец, ухожу. Только за дверью начинаю дышать. Что это было?
Глава третья
Ричи
Сразу после пар, мы с Алексом идем на тренировку. Выходим на улицу и следуем вместе с потоком студентов, продвигаясь к воротам. Спортивный клуб, где мы занимаемся плаваньем, находиться через дорогу, там же где и национальная библиотека.
Уже перед самой парковкой мой взгляд, сам собой разумеется, выцепляет проклятого пришельца. Со вчерашнего дня я то и дело натыкаюсь на неё взглядом.
— Смотри, — пихает меня в бок Алекс. Я слежу за направлением его взгляда и от удивления шумно выдыхаю. Маркус прямой наводной идет к Ридли с «веником» в руках. Он серьезно намерен сразить её этой банальщиной?
В следующую секунду на лице знакомой мне Ридли, я думал, что основательно её изучил, появляется милая и добрая улыбка девочки-ромашки. Даже Алекс нахмурился.
— Думаешь, она поведется? — всё-таки спросил я, не выдержав. Почему-то в этот момент, я разволновался, словно решается вопрос о моём «зачете», и я боюсь услышать роковое — не сдал.
— Если — да, то девчонка сильно меня разочарует, — странно ответил приятель, поспешно отвел взгляд и пошел на выход, даже не дожидаясь меня. Я посмотрел ему в спину, потом на Ридли, которая понюхала цветы и ответила что-то, кивая головой. Значит согласилась…
Почти час мы выматываем себя в зале и даже успеваем провести спарринг. Потом нас конкретно выматывает тренер: уже в бассейне. После тренировки всегда полагается массаж, но я итак не успеваю на встречу с отцом, поэтому прощаюсь с Алексом и еду в офис.
Сара встречает меня сначала улыбкой, которая резко меняется тревожным оскалом. Секретарша буквально грудью встает на защиту двери кабинета отца.
— Сара ты больна? — иронично спрашиваю и пытаюсь обойти женщину, но куда там.
— У мистера Марвола встреча. К нему нельзя. Я должна уточнить, — цедит секретарь и нажимает длинным перламутровым ногтем кнопку «связи».
Пока она уточняет, я вспоминаю, говорил ли отец о какой-нибудь встрече?
Сара кивает мне, я благодарю улыбкой, и захожу.
Сцена немого кино на лицо. Довольный отец за столом с горящим взором, а напротив светлая макушка, спиной ко мне. Я не сразу осознаю, но тревога уже тугой волной сжимает грудь. Сердце подскакивает, озирается по сторонам и, убедившись в этом самом кабинете сидит… Ридли…. (я такого даже в страшном сне представить не мог) начинает свой стремительный забег.
— Я вроде опоздал и всё равно не вовремя. Ладно, зайду в другой раз, — демонстративно разворачиваюсь, но отец останавливает меня. Во властном голосе слышится укор.
Начинается противная процедура знакомства. Да и с кем? Я учусь с этой девчонкой в одной группе с первого курса…
Мы проходим обмен любезностями, а я неотрывно смотрю в эти загадочные и колючие со смешинкой глаза. Меня не покидает уверенность, что за серо-голубой пеленой скрывается нечто космическое и узнай я это, то непременно умру. Или влюблюсь…
Знаете, встречаются люди очень красивые, сколько угодно талантливые, но смотришь на них и не видишь искры, нет изюминки. А есть простые, ничем не примечательные, которые так и манят к себе, заставляют думать о себе, влекут…
Отец зовет девушку к нам на ужин. Почва уходит из-под ног. Я реально становлюсь инфантильной барышней. Это уже, ни в какие сценарии не вписывается! Почему к нам? Ни в ресторан, ни на яхту, ни в парк, в конце концов, а именно к нам? Бррр… передергивает от мысли, что отец и Ридли могут куда-то вместе пойти. Да, это интервью, но всё же.
Девчонка соглашается, так, словно бросает нам вызов и спешит уйти. Специально или случайно задевает меня своей костлявой рукой: наши взгляды сталкиваются, мы оба зависаем над пропастью. Я спрашиваю у неё: «Кто. Ты. Такая?», но так как вопрос мысленный — ответа не получаю. Хотя мне кажется, что меня послали в туристический поход.
Наконец, она уходит, и дышать становится легче. Разом воздух стал чище.
— И что это было? — спрашиваю у отца.
Он усмехается и проходит на своё место. Я обнаруживаю на столе незнакомую мне чашку с надписью: «С чего начинается утро?», а рядом тарелка с шоколадными вафлями.
— Откуда это? — тыкая пальцем в посуду, пытаясь обнаружить на ней следы помады.
— Из магазина, — усмехаясь, отвечает мой предок.
— Я смотрю, ты в юмористы переквалифицировался. Давно?