Практическое убеждение и философская догма «смерть есть необходимость» – вершина и совершеннолетие пессимизма. Эта догма постулируется принципами: грех есть необходимость, зло есть необходимость. Но и философия воскресения имеет свои постулаты; вот они: безгрешность есть необходимость, добро есть необходимость. Поскольку воскресение Богочеловека Христа – факт, событие, переживание, постольку нет ни одной богочеловеческой добродетели и свойства, которые бы в жизни человеческой не могли бы стать фактом, событием, переживанием.
Факт воскресения Христова не ограничен ни временем, ни пространством, он со всех сторон беспределен и бесконечен, как и сама личность Богочеловека Христа. Воскресение Христово, хотя и является полностью личным актом Богочеловека, имеет, однако, всечеловеческое и всекосмическое значение и силу, ибо Богочеловек, как второй Адам, есть родоначальник нового человечества, и все, что касается Его человеческого естества, одновременно касается и всего рода человеческого, представителем которого Он является. Поэтому воскресение Христово – факт и событие всечеловеческого и вселенского значения и размаха. Этот факт, это событие разрастается в многомиллионную жизнь всех христиан, ибо христиане тем и суть христиане, что верою в воскресшего Господа Христа стали Его сотелесниками, то есть членами его Богочеловеческого тела: Церкви. Церковь есть не что иное, как непрерывное и бесконечное продолжение одного события, одного факта: воскресения Христова. Это есть новый организм, новая реальность – беспредельная, бесконечная, бессмертная. Здесь нет временных и пространственных границ. Факт воскресения
Христова – краеугольный камень Церкви, краеугольный камень христианства и любого христианина. Если человек не созидает на нем, он созидает на зыбучем песке, ибо все фундаменты, кроме него, суть не что иное, как зыбучий песок.
Воскресением Своим Господь Христос разорвал порочный круг смерти, совершил переход из смерти в бессмертие, из времени в вечность. В Его личности совершил этот переход и человек, но не как человек, а как Богочеловек. Поэтому воскресение есть центральный факт: из него исходит и к нему сводится вся христианская прагматика. От человека требуется одно: чтобы он усвоил этот факт, чтобы переживал это событие, чтобы воскрешал себя из гроба всего того, что смертно, соединяя верою душу свою с воскресшим Богочеловеком.
Своим воскресением Господь Иисус осмыслил тело, осмыслил материю, осмыслил дух. Ибо Его воскресением впервые окончательно и славно решена страшная проблема смерти, проблема тела и смерти. Решена следующим образом: тело человеческое сотворено для бессмертия и богочеловеческой вечности, а вместе с телом – и вся материя, ибо в теле человеческом представлена вся тварь.
До воскресения Спасителя материя была обесценена и недооценена, ибо была смертна. Воскресением Своим Господь Иисус впервые дал телу настоящую цену, вечную цену, и показал, что и оно для Бога, что и оно достойно вечно седети одесную Бога Отца. До воскресения Христова у человека было если и не реальное бессмертие, то, несомненно, символ бессмертия, который выражался в стремлении к бессмертию.
Чувство бессмертия у человека было подавлено и парализовано; воскресением Своим Господь омолодил и освежил его, и таким образом сделал человека способным приобрести и обеспечить себе бессмертие и вечную жизнь.
Христова победа над смертью воскресением сделала возможным беспредельный прогресс человека и человечества к божественному совершенству. Действительно, истинный прогресс состоит в победе над смертью, в обессмерчивании души и тела, в спасении от смерти, а это значит: в спасении от греха и зла, которые суть единственные творцы смерти. Дайте мне безгрешного человека, и вы дадите мне творца и вождя прогресса. Но, если смерть есть завершение человека и человечества, тогда все человеческое стремление к прогрессу – самое проклятое и надругательское свойство, которое кто-то заронил в человека, чтобы как можно язвительнее над ним посмеяться. В этом случае самое лучшее и самое последовательное – замереть в отчаянной инерции и совершить самоубийство, ибо жизнь была бы нестерпимой тиранией и невыносимой насмешкой.
Многие не признают воскресения и говорят о прогрессе. Но все эти прогрессы, будь то научные, или философские, или художественные, или культурные, есть не что иное, как концентрические круги, вписанные в круг смерти. Прогресс, который предает и покидает человека в смерти, есть не прогресс, а фальсификация прогресса. Если прогресс не в состоянии осмыслить смерть и жизнь, обессмертить человека и человечество, тогда он – не прогресс, а замаскированный регресс. Таковы все названные прогрессы, кроме прогресса, основанного на воскресшем Господе Иисусе.
