Сведением христианства к гуманизму христианство, без сомнения, упрощено, но в то же время и – загублено. Поскольку совершен «гляйшальтунг»[41]христианства с гуманизмом, сегодня кое-где в Европе собираются заменить гуманистическое христианство старой многобожеской религией. В протестантском мире раздаются отдельные призывы:
В широкой исторической перспективе западный догмат о непогрешимости человека есть не что иное, как попытка оживить и обессмертить умирающий европейский гуманизм. Это – последняя трансформация и завершающее превозношение гуманизма. После рационалистической просвещенности XVIII века и непродолжительного позитивизма XIX века, европейскому гуманизму не оставалось ничего другого, как истлевать в своих противоречиях и в своей немощи. Но в этот трагический момент ему пришел на помощь религиозный гуманизм и своим догматом о непогрешимости человека спас европейский гуманизм от очевидной смерти. Но, даже и догматизированный, западный христианский гуманизм не мог не сохранить в себе всех пагубных противоречий европейского гуманизма, единодушных в одном желании: в изгнании Богочеловека с земли на небо. Ибо для гуманизма главное и самое главное, чтобы человек был наивысшей ценностью и наивысшим мерилом.
Итак: христианство есть христианство Богочеловеком, его богочеловеческой идеологией и его богочеловеческой методикой. Это – основная истина, относительно которой недопустимы никакие компромиссы. Этой основной истиной обусловлена и детерминирована вся христианская аксиология и критериология. Только в качестве Богочеловека Христос есть верховная ценность и непогрешимое мерило. Нужно быть до конца честным и последовательным: если Христос не Богочеловек, тогда Он самый бессовестный самозванец, ибо провозглашает Себя Богом и Господом. Но евангельская историческая действительность неопровержимо показывает и доказывает, что Иисус Христос во всем – совершенный Богочеловек. Поэтому нельзя быть христианином без веры в Богочеловека и Его богочеловеческое тело – Церковь, которой Он оставил всю чудесную Личность Свою. Спасоносная и животворная сила Церкви Христовой находится в вечно живой и вездесущей личности Богочеловека. Любая замена Богочеловека каким бы то ни было человеком и любое вычленение из христианства только того, что отвечает индивидуальному человеческому вкусу и разуму, превращает христианство в поверхностный и беспомощный гуманизм.
Все старо под солнцем, кроме личности Богочеловека Христа. Она единственная – новая и вечно новая. Это то, что делает Новый Завет всегда новым и новозаветную истину всегда новой и вечной. Поскольку она вечно молода и вечно нова в своем богочеловеческом совершенстве, личность Богочеловека нельзя ни менять, ни заменять. Она всегда равна себе и самодостаточна. Поэтому и Евангелие всегда и везде одно и то же: то же и для людей на земле, и для ангелов на небе. Поэтому Богочеловек Христос – единственный логос, единственный разум, единственный смысл человека и твари. Без него невозможна сколько-нибудь приемлемая теодицея в таком мире и для такого человека.
С чисто онтологической точки зрения Богочеловек не чудо, а необходимость для такого мира и такого человека. Поэтому в святом Евангелии и сказано, что Бог
