Еще нечто: где есть смерть, там нет настоящей истины, и правды, и любви. Только тот, кто побеждает смерть и освобождает род людской от смерти, имеет любовь истинную. Что же это за любовь – не освободить любимого от смерти? Поэтому Господь Христос – Единственный Человеколюбец. А вселюбовь тем и есть вселюбовь, что содержит в себе всю истину, всю правду и все, что есть самого возвышенного, самого пламенного, самого бессмертного, самого логосного и самого божественного. Действительно, измученный род людской имеет только одного настоящего друга – Господа Христа, ибо Он освободил его от самого страшного врага: смерти. Своим славным воскресением Господь Иисус ввел человеческий род в русло реки бессмертия, текущей в вечную жизнь. А мысли, а чувства, а дела Христовых людей – все это маленькие ручейки бессмертия, которые пробиваются и журчат сквозь скалы времени и пространства, радостно спеша к безбрежному морю Христовой волшебной вечности и богочеловечности.
Если извлечь из времени грех и смерть, время становится дивной увертюрой к божественной вечности, дивным введением в богочеловечность. По всеистинному слову Вечного, Богочеловечного:
Иго жизни мучительно, бремя существования тяжко – до тех пор, пока их наполняет свинец греха и смерти. Если силою Воскресшего устранить свинец греха и смерти из сущности жизни и бытия, иго жизни становится благо и бремя существования легко. Больше того, жизнь преображается в радость, существование в восхищение. Это та радость жизни, радость бытия, радость существования, которая не прекращается ни в этом, ни в ином мире. Когда Вечный и Богочеловечный укрепит, оистиннит и обессмертит человека, иго жизни становится благо и бремя существования легко. И человек всем существом чувствует, как его заливает тихий божественный свет из всех логосных глубин и высот богозданного времени и пространства.
Для мыслящего человека время и пространство – чудовища, если не осмыслить их вечностью, а это означает: богочеловечностью, ибо мы не знаем иной вечности, кроме как в категории, в факте, в акте богочеловечности. Вечность, соединенная со временем, впервые встала перед человеческим сознанием в личности Богочеловека. Бог – обладатель и носитель вечности, человек – представитель времени, Богочеловек – наивысший, наиполнейший, наисовершеннейший синтез вечности и времени. Время получает свой настоящий смысл в соединении с вечностью в богочеловеческой жизни Господа Иисуса.
Просветленное Богочеловеком, время обнаруживает свои логосные признаки, ибо и оно получило свое бытие через Слово (ср. Ин. 1:3). В своей сущности время логосно, потому оно и есть введение в вечность Бога Слова через богочеловечность. Тот, кто вступает во время, вступает тем самым в преддверие вечности. Таков закон нашего существования.
Находясь во времени, человек есть существо, предназначенное для вечности. Без Бога Слова страшна, и бессмысленна, и мучительна земная, временная жизнь, не говоря уже о вечности. Вечность без Бога Слова и есть ад. А земная жизнь без Бога Слова – введение и подготовка к аду. Ибо ад – это не что иное, как жизнь без Слова, без Смысла, без Логики. Только в аду нет ни логоса, ни логики, ни смысла. Человеческий ад начинается еще на земле, если человек не живет Божественным Словом, Богочеловеком Христом. Воплощенный Бог Слово есть и смысл, и логика, и рай для человеческого существа. А все то, что противологосно и нелогосно, тем самым бессмысленно и нелогично. Это и есть то, что производит в человеке адские расположения, превращающие человеческую жизнь в ад.
Человек? – Подготовительное существо, существо, предназначенное для вечности через богочеловечность. Христов человек бесконечен и бессмертен, ибо он
