ПОСРЕДНИЧЕСТВО: промежуточное звено. Проблема посредничества отождествлялась Гегелем с проблемой истории или диалектики. По Гегелю, создавшему теорию становления нашей мысли, такая диалектика — не что иное, как диалектика интуиции, берущей свое начало во внутренней интуиции ума, или «интеллектуальная интуиция». По Марксу, посредничество между человеком и миром обеспечивается трудом, и только «диалектика труда» может выразить природу человеческого действия. Понятие посредничества приняло на себя, таким образом, значение «становления». См. Диалектика.
ПОСТКАНТИАНЕЦ: последователь Канта. Посткантианская философия, называемая также «великим немецким идеализмом», развивалась в чрезвычайно плодотворный период, длившийся с 1794 г. (выход в свет первого варианта «Наукоучения» Фихте) по 1814 г. (написание «Большой Логики» Гегеля): ее основателем можно считать Рейнгольда, который первым в «Исследованиях по новой теории человеческой способности к представлению» (1789) решил преодолеть Канта «изнутри» и вывести принципы человеческого познания исходя из фундаментального положения об абсолютном единстве. Главные представители посткантианской философии — Фихте, Шеллинг и Гегель. Взяв за основу Канта, посткантианцы постепенно углубляли его теорию познания, превращая ее сначала в философию субъекта (Фихте), затем в философию природы (Шеллинг) и, наконец, в философию абсолюта (Гегель). Не следует путать посткантианский идеализм с неокантианством (Марбургская школа), возникшим после него и, уже как реакция на него, определявшим себя как «возврат к Канту».
ПОСТУЛАТ:математический термин, означающий исходное положение, с которым нужно согласиться, которое не будет ни доказуемым, ни самоочевидным (это случайаксиомы),но которое необходимо для построения дедуктивной системы. У Канта постулаты практического разума (свобода, бессмертие души, существование Бога) не являются доказуемой реальностью, но реальностью, без которой моральная жизнь была бы невозможна и бессмысленна.
ПОСТУПОК:проявление материальной силы или идеи — личностный поступок. Мораль представляет собой комплекс проблем, которые ставит перед собой человек, размышляющий о своих поступках. Она отвечает на вопросы: Что я должен делать? Каково назначение человека в мире? Существует два основных ответа: согласно первому («эвдемонизм» Эпикура), конечная цель человека — счастье; согласно второму («ригоризм» Канта), эта конечная цель — добродетель. Философия изучает проблему ценности действия; речь идет о сущности человека: проявляется ли она в действии (Кант, ранний Фихте: «действовать, действовать, вот в чем смысл нашего существования»; марксизм: «философия размышляла о мире, теперь же речь идет о том, чтобы его делать»[1]; экзистенциализм) или же в мышлении (Платон, Аристотель, Гегель; Хайдеггер: «Философия — сова Минервы, которая, устав от дневных страстей, удаляется в спекуляцию»)? Здесь, следовательно, можно выделить «философию действия», которая сегодня в той или иной степени обязательно ссылается на марксизм, и «спекулятивную философию», продолжающую линию Платона и Гегеля. Психология изучает условия реального поступка (влияние на массы, просвещение народа и толпы, демагогия, реклама). С точки зрения психологии различают две фундаментальных формы поступка: 1) игра или искусство; 2) труд. Первые две представляют свободный поступок, вторая — принудительную и упорядоченную деятельность.
ПОТЛАЧ:институт у индейцев Северо–Западной Америки, церемониал при обмене дарами. Понятие «общества потлач» часто используется социологами для обозначения примитивного состояния общества, когда обмен производился с помощью не монеты, а природных даров.
«ПОХВАЛА ГЛУПОСТИ»: сатирическое произведение Эразма (1511). Аллегория Глупости — персонаж, изображающий женщину с бубенчиками в ушах, — берет слово: Разум (ее противник), — говорит она, — не должен быть «таким самоуверенным», ведь разумность сперва ведет к состоянию беспокойства, а затем оказывается, к тому же, что достигнутые ею истины противоречивы. В целом Эразм с помощью веселого и, на первый взгляд, безобидного тона борется со средневековым фанатизмом и догматизмом, и все это во имя истинного христианского гуманизма — установки вполне в духе того века, который по праву называют «веком Возрождения».
