— А золото?
— Думаю, к рукам де Круа много золота не прилипло. Он же с простреленной головой до Пиццигеттоне доехал и без груза. Раз уж он жив, то всем до ужаса интересна его версия событий. Особенно в части, за которую с него и не спросишь. Как золото утекло от короля, чье оно было, когда грабители украли его у де Ментона в Генуе, и кто об этом всем знал из придворных и до сих пор пока молчит.
Как известно, при особой необходимости на лошади можно гнать без остановок. Но это если лошадь вам не дорога. Все нормальные люди на больших перегонах делают остановки на водопой. Фредерик и Симон ни от кого не убегали, и за ними никто не гнался. Поэтому они предсказуемо выбрали одной из промежуточных остановок аббатство Сан-Антонио-ди-Ранверсо, расположенное примерно на полпути между Турином и Сакра-ди-Сан-Мигеле.
Напоили лошадей. Сами съели по куску пирога. Вышли на улицу и столкнулись с недавними знакомыми. Алессандро Петруччи и Фернандо Пичокки. Тот самый Пичокки, которому Фредерик позавчера пообещал, что выберет место для дуэли, а то с него станется захотеть сдохнуть на берегу выгребной ямы.
— Господа!
— Мессир оруженосец!
— Судя по вашему здоровому виду, вы позавчера не приложили должных усилий. Даже не попытались, — язвительно заявил Фредерик.
— Твой донос был подставой, — сказал Пичокки.
— Н-да?
— Даже если тебе об этом не сказали, — добавил Петруччи.
— Я слышал, вы просто сбежали.
— Мы в удачное время и в удачном месте устроили парную дуэль с двумя старыми знакомыми. А потом проследили, куда пойдет один из них, — ответил Петруччи как более словоохотливый.
— И куда он пошел? — спросил Фредерик.
— На один адрес за воротами. Мы за ним. Там миланцы. Рыжая ходила к Колонне, а там тоже миланцы. Господа все как раз на мистерию приехали. Мы доложили. Наш сеньор сразу подошел к Колонне. Я не слышал, что сказал сеньор, но слышал ответ. Просперо Колонна очень громкий, шепотом не умеет. Сказал «Это не мои люди, но я, кажется, знаю, чьи. И проверю».
— Проверил?
— Проверил. Замочили там с десяток рыл, только главный ушел.
— У вас всегда так. И позавчера, говорят, с десяток рыл на мостовой осталось, а главные тоже ушли.
— Ты-то не уйдешь, надеюсь?
— Нет, я-то не уйду. И ты не уйдешь. У тебя секундант есть?
— Есть.
— Сейчас попрошу себе в секунданты какого-нибудь приличного человека и начнем.
Фредерик был готов к этому поединку. Кармина сказала, что Пичокки мастер меча. Чтож, надо отнестись к возможной встрече с ним серьезно. Под накидкой уже кольчуга, и ее вроде бы не видно. На левую руку Фредерик перед тем, как выйти за ограду, надел латную перчатку Маккинли с ладонью из крепкой кожи и держал руку низко, чтобы и перчатка не привлекала внимания.
Свою стратегию он построил заранее. Во-первых, он предположил, что в своем возрасте если чем и превосходит тридцатилетнего старикашку — ветерана дуэлей, то только скоростью. За счет неломаных костей, непорванных сухожилий и нештопаных мускулов. Да и вообще, молодость это скорость.
Во-вторых, фехтмейстер Кокки в Генуе сказал «вы бы еще борьбой занялись». Очевидно, в Генуе фехтовальщики недооценивают борьбу, в отличие от дяди Максимилиана, который поставил оруженосцу несколько простых, но эффективных приемов и научил входить в ближний бой. Простолюдинам, которые готовятся только к уличному фехтованию без доспехов, ближний бой и борьба с оружием не в первой надобности, а вот рыцари регулярно участвуют в пеших латных турнирах, где лучше уметь бороться, чем не уметь.
В-третьих, у Пичокки наверняка не будет ни кольчуги под одеждой, ни латной перчатки на левой руке. Кармина сказала, что в Генуе только Лис Маттео носил стальной нагрудник под дублетом. Зимой в железе холодно, летом жарко.
В-четвертых, наступать всегда легче, чем отступать.
Итого, надо сразу же прорваться в ближний бой. Можно пропустить удар-другой в кольчугу или отбить перчаткой. Потом уронить генуэзца одним из дядиных приемов и добить лежащего.
Фредерик медленно двинулся по столовой аббатства, внимательно приглядываясь к постояльцам. Генуэзцы не поняли, что Симон вместе с ним, а Фредерик не хотел привлекать внимание к алхимику, которого только что допрашивал инквизитор по делу о тройном убийстве в Санта-Мария-ди-Карпиче.
— Доктор Антонио Бонакорси? — спросил он, встретив знакомого.
— Мое почтение. Мессир Фредерик. Вы здесь с дядей или у Вас свои дела?
— Мы с Симоном сейчас едем в Сакра-ди-Сан-Мигеле к дяде Максимилиану и тете Шарлотте.
— Хорошо. Я тут устроился к нашим врагам. Де Виллар снова послал того Дена Мальваузена по следам де Круа. Статус Мальваузена подтверждает губернаторское письмо о содействии. С печатями. Сейчас мы с ним и еще с настоящим инквизитором за компанию поедем искать герра Максимилиана. Я подсказывать не буду, но уверен, что они возьмут след. Поэтому неплохо бы кому-то сгонять в Сакра-ди-Сан-Мигеле быстрее нас и предупредить наших, чтобы бежали оттуда. Иди чтобы были готовы к разговору, еслм хотят поговорить.
— Солдаты с вами есть? Рыцари? — спросил Фредерик.
— Нет. Вместо них двое генуэзских браво.
