– Я признателен за ваш звонок, мистер Президент.
– Жду встречи с тобой в Белом доме.
– Вы достойны этого поста, – искренне говорю я.
– Без тебя, мужик, у меня бы ничего не вышло.
Закончив разговор, выглядываю в окно из спальни Сесилии и отправляю сообщение.
«Ожидаемая дата прибытия?»
Расселл: «Птенец только что припарковал «Ауди» на подъездной дорожке, ключи в козырьке. Я отправил недавно вылупившихся Воронов. Нужно подкрепление?»
«Пришли еще четырех. Район не внушает доверия. И смени прежних. Они устали, им скучно – теперь они бесполезны. Хочу круглосуточное наблюдение. Принял?»
Расселл: «Принял. Прибудут завтра. Как Си?»
«Хорошо».
Расселл: «Какой грубый ответ. А она не так легко прощает, да?☺»
Я не отвечаю, и телефон снова вибрирует.
Расселл: «Она задала тебе жару? Боже, обожаю эту девчонку. Береги ее».
«Займись чертовой работой».
Расселл: «Разве ты не ушел в отставку?»
«Я в отпуске. Большая разница».
Расселл: «Понял, дружище. Уверен, забот у тебя хватает.»
Подъехав, вижу припаркованную у дома «Ауди», вид которой для меня как гром среди ясного неба. Я оставила ее в прошлом. Похоже, мои попытки убежать от жизни, которую вела год назад, безуспешны.
Сегодня в кафе я уморила заботой и заговорила до смерти каждого посетителя, задавшись целью вернуться к прежней рутине. Когда клиентов стало поменьше, выдраила каждый уголок в ресторане, чтобы отвертеться от Мариссы и ее расспросов. Сегодня утром я почти сбежала, оставив Тобиаса без машины, на произвол судьбы, чтобы попытаться разложить мысли по полочкам.
Выхожу из «Камаро» и, обозрев «Ауди», смотрю на дом, в котором стоит мертвенная тишина, задаваясь вопросом, чем Тобиас занимается.
– Ты как будто не рада ее видеть. – Душа уходит в пятки, и я поворачиваюсь, увидев стоящего в метре от меня Тобиаса. Черная футболка облегает сильный торс, по вискам стекают капли пота.
– А может, ты не хотела заходить в дом, думая, что я там. – Он наклоняет голову, смотря на меня со скепсисом. Его привлекательная внешность так и манит. – Так в чем дело, Сесилия? – От слышимого в его голосе огорчения зарубцевавшиеся раны на сердце снова готовы открыться. – Перестань поедать меня глазами и скажи, в чем дело? Ты не рада машине или перспективе встретиться со мной в этом доме?
– Что?
– Ты меня слышала. – Рванув вперед, Тобиас останавливается передо мной, вторгаясь в мое личное пространство. Я никогда не умела ему противостоять, а уж делать вид, что меня не влечет к нему, и вовсе смешно. Он и сам это прекрасно понимает.
– Я дважды за сегодняшний день выходил на пробежку. Ты не единственная, кто испытывает эти чувства. – Тобиас смотрит на машину. – Мы можем от нее избавиться, но это я отобрал у тебя эту машину, так что подумал, что мне же и стоит ее вернуть.
– Я просто удивилась – и только. Не рассчитывала снова ее увидеть.
– Верно, – печально бурчит он.
Тобиас обходит меня, и я хватаю его за руку. Насторожившись, он останавливается и смотрит на меня янтарными глазами.
– Я люблю эту машину, – честно признаюсь, но мы оба понимаем, что я говорю вовсе не о машине. – Просто я… – Начинаю злиться, и Тобиас с легкостью замечает охватившее меня возмущение.
– Готова поговорить? – Он поворачивается и придвигается, вынуждая меня сделать шаг назад. – Поругаться? – Еще один шаг. По Тобиасу вообще не видно, что он устал, хотя только что пробежал несколько километров. Он наклоняется ко мне, как истинный хищник, и все мои органы чувств захватывает едва уловимый пряно-цитрусовый аромат. – Потрахаться?
Я молчу, и он понуро опускает плечи. Целует меня в висок, а потом, наклонившись, шепчет:
– Значит, дам тебе время. Это все, что у нас есть, Сесилия. – Напомнив, он уходит в дом.
– Выглядит клево, – стоя у меня за спиной, делится мнением Марисса, когда прикрепляю искусственную паутину скотчем в углу окна. Отхожу назад и любуюсь результатом, а потом, довольная ходом работы, оглядываю кафе. Покончив с утренней суматохой, нам с Мариссой удалось преобразить кафе с помощью украшений к Хэллоуину. Несколько преждевременно, ведь до праздника еще несколько недель, но мне нужно было отвлечься.
– Вроде симпатично, – соглашаюсь я.
