Мелёха, боровшийся всё это время со страхом за собственную шкуру, решился выбраться из укрытия. Ведь сейчас чудовище его не видит, но когда расправится с богатырём – определённо примется за них. А этого страсть как не хотелось! Да и приятеля жаль. Мелкими перебежками он наконец добрался до Яги, которая продолжала, ругаясь себе под нос, воевать с сундуком. Вдвоём им удалось-таки вставить рычаг на место и повернуть. Крышка откинулась, из недр ловушки со свистом вылетели цепи, как гигантские змеи, обвили чудовище и потащили за собой. Змеепантера рычала и бесновалась, пытаясь вырваться и позабыв на время о своей добыче, но разорвать путы не хватало сил. Вот она исчезла за краем сундука, Яга с победным видом надавила на рычаг, и крышка захлопнулась. Всё стихло: было слышно только, как чудовище внутри ящика бьётся о стенки, в тщетной попытке их сокрушить.
– Механика... – восхищённо пробормотал Мелёха и, почувствовав на себе укоризненный взгляд пришедшего в себя Финиста, тут же добавил: – И... Финист – Ясный сокол!
Но Финист, казалось, был удручён не победой техники.
– Куда вы суётесь?! – обиженно проворчал он, отряхиваясь. – Я бы сам...
– Конечно, сам! – съязвила в ответ Яга. – Сам бы ты только в портки напрудил.
Но богатырь не обратил внимания на едкий комментарий. Он молча прошёл к сундуку и одним движением поставил обратно на колёса. Яга, желавшая добавить что-то не менее «приятное и одобрительное», чуть не подавилась язвительным словом и угрюмо промолчала. То, что они волновались за этого недоумка и старались помочь всеми силами, самому недоумку было совершенно неинтересно.
Обратный путь, к счастью, лежал не по воздуху, отчего был гораздо длиннее, но спокойнее и понятнее. Джамал тянул повозку, то думая о чём-то своём (судя по косым взглядам – о девушке своей мечты), то рассказывая волшебнице байки, стараясь хоть немного скрасить скучную дорогу. Сама Яга тайком наблюдала за погонщиком: он даже когда флегматично жевал курагу или неуклюже пытался пить из бурдюка, всё равно казался ей весьма привлекательным. Когда на одном из коротких привалов тот обливался водой, демонстрируя крепкие мускулы, она совсем засмущалась. Финист возглавлял шествие, довольный собой, и, казалось, никого не замечал вокруг. Он был горд: наконец-то с чудищем удалось сладить – да, не без помощи хитрых механизмов, но при его непосредственном участии! Без его силушки богатырской ничего бы не вышло.
Конечно, не всё шло гладко: тяжеленная телега постоянно пыталась то опрокинуться, то застрять в песке. Тут снова приходилось «впрягаться» Финисту. Пока спутники жарились на солнцепёке, богатырь показывал чудеса ловкости и сноровки, извлекая поклажу. Похоже, даже запертое чудовище было ему благодарно: его ни разу не уронили. Труднее всего было карабкаться по склонам. Джамал выбивался из сил. Но при попытках Мелёхи стимулировать его с помощью хлыста отвечал метким ударом хвоста по лицу наглеца, чем вызывал искреннее веселье Яги. Волшебница наконец могла себе позволить вздохнуть с облегчением. До обретения заветного эликсира остался один шаг – добраться до дворца Анарифа и обменять чудовище на снадобье. Поэтому она непринуждённо болтала с Джамалом и принимала его «ухаживания» в виде зонтиков или вееров из пальмовых веток в знойный полдень или нелепых баек.
Глубокой ночью путешественники остановились на привал посреди пустыни. Теперь они двигались куда медленнее, чем по воздуху, вот и пришлось заночевать. Компания развела костёр, поставив сундук в стороне, но не спуская с него глаз: мало ли что. Изобретение, конечно, знатное, но сломаться может, как птица накануне. Финист развалился на земле, закинув руки за голову, и снова любовался чёрным южным небом с россыпями звёзд, а Джамал учил свою зазнобу варить настоящий восточный кофе в маленькой медной турке.
– Всё, вскипел! – скомандовал Джамал. – Снимай!
Яга осторожно сняла пышущий жаром напиток с огня, не позволяя поднявшейся пене перелиться через край, и разлила его по крошечным чашкам величиной с напёрсток. Аромат поплыл такой, что с ума сводил в момент. Спутники богатыря блаженно потянули носом.
– Настоящий кофе, – с наслаждением вдыхая аромат, рассказывал Джамал, примерив на себя роль опытного бариста: так ему хотелось впечатлить «красавицу», – должен быть чёрным, как ночь, ароматным, как волосы любимой женщины...
Он протянул чашечку Яге, та снова кокетливо опустила ресницы. Мелёха покачал головой. Нельзя, что ли, просто выпить без церемоний и комплиментов? Он пригубил чёрную горячую маслянистую жидкость и поперхнулся.
– И горьким, как попка огурца! – сплюнул он.
Джамал бросил на него испепеляющий взгляд и продолжил, обольстительно улыбаясь:
– А ещё полезен для похудания.
Яга осторожно отхлебнула маленький глоточек. Напиток и впрямь был чересчур горький, но виду она не подала: очень не хотелось огорчать такого галантного кавалера.
– Ммм! Вкуснота! – похвалила она, прикрыв глаза, старательно делая вид, что наслаждается странным зельем.
