В середине сентября, разведав позиции французов, русские батальоны и черногорцы атаковали их и отпросили к Дубровнику. Сенявин намеревался преследовать французов, но командующий французами генерал Мармон, имея пятикратное превосходство в си-||цх, первым начал наступление.
Однако замыслы Мармона нарушила погода. Когда Французские полки находились на полдороге, глубо-coii ночью разразился жестокий ливень. Промокшие, выбившиеся из сил, передовые отряды французов только к рассвету подошли к позициям русских.
После сражения черногорцы хотели расправиться с пленными французами, но за них вступились русские егеря, а егерь Иван Ефимов отдал накопленные
им на черный день червонцы и выручил от погибели генерала Мориана. Узнав об этом, Сенявин возместил деньги егерю из личных средств.
Днем командующий устроил на берегу обед для всех участников сражения — русских, которцев, черногорцев. Посреди лагеря, прямо на траве, расстелив палатки, разложили приготовленные закуски, выставили бочонки с вином. В центре разбили большой, с поднятыми пологами, шатер адмирала. Рядом с собой командующий посадил егеря Ивана Ефимова, напротив сел Негош. Первый тост был за командующего. Он встал, и все поднялись за ним.
— За здоровье русского егеря Ивана Ефимова! — произнес Сенявин.
Не успел он закончить, как прогремели пять залпов полковых пушек. Вслед им сначала разрозненно, а потом все громче и громче понеслось отовсюду, перекрывая шум:
— Здравие отцу нашему Сенявину!
Сенявин поднял руку. Все стихли.
— В продолжение военных действий я имел удовольствие видеть усердие народа вашего в содействие русским войскам в битве с французами. Дерзость врага, осмелившегося вступить на землю вашу, наказана. Неприятель удивлен нашей твердостью и сколько потерял людей, что не скоро может собрать новую силу. Поздравляю вас с победой, благодарю за все и желаю вам здравствовать!..
В эти минуты все смешалось. Чины и звания, должности и титулы, языки и обычаи единились в порыве воинского братства.
На следующий день, по договоренности с Лористо-ном, состоялся обмен пленными, а вечером парламентер принес Сенявину сверток.
— Генерал Мориан просил передать это своему спасителю.
Сенявин вызвал Ефимова и передал ему сверток. Там оказалось сто наполеондоров...
Наше превосходительство, — спросил егерь, — гьи н.ко это будет по-нашему? — Не смущаясь, отсчи-м»'1 несколько монет и вернул сверток адмиралу. — Л Перу только свои деньги, а чужого мне не надобно.
Тронутый* Сенявин вернул ему сверток чуть не на-• и 'И.но:
