Фирсов Русские флотоводцы полностью

Он никогда не раболепствовал, подобно другим, по ред царем держался независимо и не любил придворные визиты. В одном из писем В.И. Истомин пишсп ему:

«...друзья ваши очень беспокоятся, что долгое от сутствие ваше не принялось за «небрежность», ибо государь привык и любит видеть от времени до време ни в Петербурге всех, занимающих важные места...»

После одного из докладов Николаю I тот предложил Лазареву отобедать у него. Михаил Петрович вежливо, но твердо отказался.

— Ваше величество уже дал слово отобедать у адмирала Г. — И, откланявшись, Лазарев вышел.

— Представь себе, что есть в России человек, — усмехнувшись, обратился царь к вошедшему князю А.Ф. Орлову, — который отказался у меня обедать.

- Отношение к царю Лазарев в минуту откровения высказал Ивану Унковскому: «Хоть я Николаю многим обязан, но Россию никогда на него не променяю».

Будучи человеком передовых взглядов среди воен ных деятелей того времени, живо интересовался жизнью в России. В одном из писем, вспоминая о крестьянах своей деревни, он пишет: «...и притом же крепко обирают, а вступиться за них некому. Писал несколько раз губернатору и ни одного ответа не имею».

Особый интерес проявлял Лазарев к вопросу об от мене крепостного права. «Обещание твое, — пишет Лазарев другу, — уведомлять иногда, что у вас предпринимается насчет мысли об освобождении крестьян, я приму с особой благодарностью». В этом высказывании видно отрицательное отношение Лазарева к крепостному строю.

Деятельностью Лазарева вдохновляются все, кто с ним служит. С долей преувеличения, но в целом верно проводит эту мысль В. К. Истомин: «Для всех и каждого, удостоившихся чести носить мундир в то время, он казался божеством, повелителем всего, что на водах и на море двигалось и колыхалось. Так был on нолик и могуществен. Можно смело сказать, что подобного ему деятеля в России не существовало».

Наверняка, если бы во главе флота в период Крым-- кой войны стоял М. П. Лазарев с его большим боевым опытом Средиземноморской кампании, экспедиции к Босфор, десантных операций со стратегической прожорливостью (еще в 1833 году разработал план разгрома английского флота в случае прорыва его в Черное море), с настойчивостью, личной отвагой и самостоятельностью при решении важнейших вопросов подготовки и ведения боевых действий, исход этой кампании был бы иным.

Много заботясь о других, Лазарев был невнимателен к себе. Еще в 1845 году он чувствовал временами недомогание, нигде не лечился, работал на износ, стремясь выполнить все, что задумал.