Парень оказался законченным снобом. К тому же презирающим Сандера за то, что он учится и гуляет на деньги отца.
Больше они не разговаривали. Ровно до того самого вечера.
Студенты и их развлечения — это, безусловно, было очень весело. Но Сандеру всегда хотелось настоящих приключений. И искать их стоило подальше от стен родного университета.
И однажды наступил такой день, когда Сандер их для себя нашел в полной мере. Уик-энд вообще вышел не очень удачный — Уильям, который обещал показать «отпадное местечко», внезапно свалился с лестницы и сломал руку. А первый же бар, который Сандер нашел на карте, оказался баром трансвеститов. Это не помешало Сандеру пропустить там несколько коктейлей и двинуться в следующий. А потом в еще один. А вот последний из баров — точнее, не бар и не клуб, скорее, биллиардная в подвале — оказался «расово неверным». И все бы обошлось, если бы охрана просто дала пинка пьяному русскому студенту, но нет. Крепкие смуглые ребята в татуировках обступили его и потребовали «заплатить за право находиться на их территории».
В эти игры Сандер умел играть с детства. Поэтому ничуть не растерялся, а, наоборот, радостно оскалившись, завопил на всю биллиардную:
— Парни, я русский! У меня дохрена денег! Бармен, горящие шоты всем моим новым друзьям!
Его поддержали свистом. А когда бармен принес первый поднос и под вопли восторга поджег все шоты одной горелкой — Сандер, убедившись, что стоит спиной к выходу, толкнул столик от себя.
Всполох пламени осветил зал. И тут же полыхнуло все, что могло гореть. Охранник, схватив огнетушитель, бросился к эпицентру, а Сандер также спешно его покинул. И отдышался только на углу двух пересекающихся улиц. Поймал первое попавшееся такси и уже через час ввалился в комнату, пропахший ромом и дымом.
Токугава повернулся, сказал: «Добрый вечер» — и стал собирать учебники. Правильно, Сандер пришел — можно ложиться спать.
...Вероятнее всего, Сандер прокололся с такси. Ему не следовало сообщать таксисту адрес, нужно было попросить высадить его где-нибудь в одном из ближайших районов, не связанных напрямую с университетом.
На самом деле не важно было, как именно его нашли. Но в тот вечер, спустя почти неделю после эпичного поджога биллиардной, Сандер, двигаясь через парк к своему общежитию, увидел, как навстречу ему на дорожку вышли двое. Один держал в руках биту, а другой помахивал ремнем с весьма тяжелой пряжкой — видимо, эмблемой их мотобанды. Или что там было у них.
Сандер не стал долго раздумывать — кинулся вперед, метя в горло парню с битой. Бинго! Ему удалось ошеломить противника и даже выхватить у того из рук биту, но триумф был коротким. Спустя мгновение он ощутил сильный удар под колено, нога подкосилась, и он, падая на землю, заметил еще двоих. И тут же получил удар пряжкой по спине. Едва успел выставить биту, прикрывая голову, но в этот момент тяжелый ботинок впечатался ему в живот.
«Бежать, нужно бежать». Сандер закричал в надежде привлечь внимание кого-то из проходящих мимо, но было уже поздно и большинство студентов сидели по своим комнатам. Это ему приспичило поужинать в пиццерии. Черт. Не нужно было жрать столько пиццы, сейчас она вся полезет наружу.
Сандеру внезапно стало смешно.
— Эй, ты че лыбишься? Помнишь нас, хренов пироман?
Сандер не ответил: он снова попытался закричать. И крик захлебнулся от удара битой в грудь.
«Убьют или просто покалечат?»
Сандер постарался откатиться, но его окружили и пинали со всех сторон. Чудом увернувшись от очередного удара по почкам, он попытался вскочить на ноги, но успел только подняться на колени.
И обнаружил на дорожке под фонарем Токугаву. Тот остановился, едва взглянув на происходящее, и двинулся было дальше, когда Сандер, опираясь на руки, заорал:
— Эй, косоглазый! Помоги!
Именно злость на безучастность японца придала ему сил. Он все-таки вскочил на ноги и кинулся на одного из стоящих байкеров. Но тот, словно по какому-то волшебству, отлетел в сторону, выронив биту. Сандер подхватил ее и только после этого огляделся. Рядом стоял Токугава. Уже почему-то без пиджака. Один миг — и тот развернулся, а очередной нападающий, сжимая в кулаке обломок биты, тоже оказался на земле.
— Уходим? — Сандер попытался схватить японца за плечо, но тот как будто растворился воздухе. И до него долетело только:
— Нет. Их надо добить. Иначе вернутся.
Сандер кивнул.
— Эти двое — мои! — закричал он. Перехватил поудобнее биту и кинулся на того, кто врезал ему пряжкой.
Когда последний из ублюдков скрылся в темноте, Сандер, отдышавшись, принялся искать глазами Токугаву. А тот совершенно спокойно снимал с ограды аккуратно повешенный на нее пиджак.
— Ты... ниндзя что ли?
— Нет. Я занимаюсь кудо с пяти лет. И кендо с восьми.
— Ясно. Я знаю дзюдо, тхэквандо, айкидо и еще много страшных слов, — усмехнулся Сандер, — а таких и не знаю.
Он закашлялся и схватился за живот.
— Сам дойдешь? — поинтересовался его неожиданный спаситель. — Я могу вызвать скорую.
— Дойду. Не нужно. Еще полиции не хватало.
