Киёмаса вспомнил, как тяжело и много работала его мать. Как быстро поблекла ее красота после смерти отца. И он сам никогда бы не допустил, чтобы его жены и дочери работали. И, несмотря на то что себе он не позволял излишней роскоши, считал неприличным экономить на женских нарядах. Впрочем, с женами ему везло: все они были скромницами и сами не очень любили рядиться в шелка.
Он покосился на Иэясу. Этот точно не нищий, однако одежда на нем тоже не блистает роскошью.
...А может быть, он ошибается? И эти все люди не бедные? Просто стало неприлично демонстрировать прилюдно свой достаток? Это как раз Киёмаса одобрял.
Иэясу поймал его взгляд:
— Все, мы почти пришли. — Он указал рукой на высокое здание впереди, казалось, целиком состоявшее из стекла, которое явно теперь слишком дорогим не было — Киёмаса видел его повсюду.
Они подошли к прозрачным дверям, и Киёмаса протянул было руки, чтобы открыть их, но створки внезапно разъехались сами, открывая вход.
— О... — протянул Киёмаса и замотал головой, ища человека, который открыл дверь. В трамвае это, видимо, делал возница.
Он заметил человека, стоящего недалеко от дверей, приветственно помахал ему рукой и поблагодарил наклоном головы. Тот широко улыбнулся и поклонился в ответ.
— Смотри! — воскликнул Киёмаса и повернулся к Иэясу. Но тот куда-то исчез.
Киёмаса стал оглядываться, отыскивая его в толпе, и внезапно ощутил, что у него опять кружится голова — перед глазами замелькали разноцветные пятна.
Кругом были огни. Какое-то невероятное количество разноцветных огней. Все это мигало, переливалось, играло бликами. Киёмаса выдохнул и крепко зажмурился.
— Это ты еще ночью не гулял. Привыкнут глаза. Пойдем, — он почувствовал, что его тянут за рукав. И, приоткрыв один глаз, послушно пошел за Иэясу. И затормозил, только чуть не врезавшись носом в очередные прозрачные двери.
— Подождем, — Иэясу остановился и зачем-то посмотрел вверх.
Киёмаса тоже поднял взгляд и обалдел — прямо на них сверху падала огромная круглая плита.
Он едва удержался, чтобы не рвануть в сторону. Но плита падала медленно. Он видел подобные фокусы раньше — однажды он привез в подарок господину Хидэёси огромных размеров камень для строительства Осакского замка. И его светлость, чтобы повеселить собравшихся, поднял его в воздух и начал медленно опускать всем на головы. И только когда до головы Киёмасы — самого высокого из толпы — осталось меньше трех сун [13], отвел камень в сторону и уронил на землю. От удара все упали. Это действительно была отличная шутка. Киёмаса смеялся так, что едва не задохнулся.
А плита тем временем опустилась как раз за дверями, и они открылись. И Киёмаса шагнул в стеклянную комнату первым. Он понял, что это, и очень захотел испытать.
— А вот сейчас лучше закрой глаза, — Иэясу спокойно встал рядом.
— Ну уж нет! — Киёмаса вцепился руками в блестящие поручни, и комната взмыла вверх.
— А-а-а-а-а-а! — завопил от восторга Киёмаса. У него на секунду перехватило дух. А комната остановилась, и двери открылись.
— Все?.. — протянул он разочарованно.
— Все, — улыбнулся Иэясу. — Ты не расстраивайся: сейчас мы найдем для тебя одежду и поедем дальше вверх. Я хочу угостить тебя современной едой.
— А?.. Да, — закивал Киёмаса, и они двинулись по коридору.
— Это лавки с одеждой. Целый этаж. Ну, что-то вроде улицы. Нам нужно найти одежду больших размеров. Должно быть на вывеске... так...
Но Киёмаса его не слушал — он прошел вперед и остановился перед лавкой, над которой красовалась вывеска с надписью «Стальной конь». Никаких лошадей и даже седел внутри Киёмаса не увидел, зато прямо за стеклом, на огромной черной безликой кукле была надета шикарная кожаная дофуку [14]. Да, с уже привычно зауженными рукавами, но зато проклепанная на манер китайского доспеха. И клепки были не просто круглыми — они имели разную форму: колец, звезд, выпуклых квадратов. Спереди дофуку украшали несколько толстых стальных цепочек, а на поясе сверкала пряжка — подобные украшения носили чужестранцы. Тяжелая пластина из черненого металла, на которой был искусно выкован медведь, поднявшийся на дыбы. А между лап у него был «глаз змеи» — родовой герб Киёмасы.
— Иэясу. Мы можем купить эту дофуку?
— А? — Иэясу обернулся. — Эту?.. Думаю, можем, если тут есть подходящий тебе размер. Но прежде чем брать ее, сначала надо...
Но Киёмаса его не слушал. Он уже распахнул двери и шагнул в лавку.
Владелец лавки встал и низко поклонился. А когда выпрямился, то оказалось, что он не слишком сильно уступает ростом Киёмасе.
— Добро пожаловать. Что желает господин?
— У вас есть вот такая куртка, — Иэясу втиснулся между ними и указал на манекен, — размером на этого человека.
— Найдем, — торговец осмотрел Киёмасу с ног до головы и хмыкнул явно одобрительно, — у вас янки или вип? Хотя... вам бы пошел гратян [15], но наши байки слишком малы для таких, как мы, — он усмехнулся.
— Что?.. — захлопал глазами Киёмаса и просил взглядом помощи у Иэясу. Но тот только пожал плечами.
