— Спасибо тебе, — Иэясу повернул голову и внимательно посмотрел в лицо Киёмасы. Вид у того был крайне удрученный и сочувственный. Было видно, что он действительно переживал за его, Иэясу, душевное состояние. Он еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Нет, все-таки Като Киёмаса ему ужасно нравился.
— На будущее — передай своему господину, что шутка была не очень удачной. Видишь ли, мы не «умеем лепить тела» в любых количествах. Это тело — одно-единственное, второй шанс, если хочешь. Потеряв его, мы умрем. И наша душа отправится туда, куда ей положено. Может, на круг перерождений, а может, еще куда. Вернувшись в этот мир, мы перестали быть ками. Пусть бережет мой подарок.
— О... — Киёмаса приоткрыл рот и уставился на Иэясу.
— Что? Ты не знал?
— Да нет... я просто не думал, что можно снова получить тело. Не задумывался. А его светлость...
— Тоже не задумался, как я посмотрю. Ну? Он готов к нормальному разговору?
— Да, но...
— Что?
— Он просил зеркало.
— Ничего, подождет. Поедем в отель — там полно зеркал, он сможет сполна насладиться своим видом.
— Нет! Нужно сейчас!
— Вы оба невыносимы. Я не хочу бегать. Вон там, недалеко от ворот, сувенирная лавка. Сходи и купи. А я отдохну.
Киёмаса рванул по дорожке к воротам. Иэясу покачал головой. Правильно ли он поступил, что пустил Хидэёси в этот мир? Но без него никак не обойтись. Придется терпеть.
Двери лавки были открыты, и Киёмаса вбежал внутрь.
— Дай мне зеркало, — гаркнул он с порога.
Торговец, невысокий мужчина средних лет, радостно заулыбался и принялся выкладывать товар на стеклянные полки, под которыми лежали всякие мелочи. Киёмаса уже много раз видел такие полки в магазине — это и правда было удобно: все видно и никто не украдет. Он присмотрелся и внезапно заметил, что все вещицы, лежащие на полках, украшены гербами: его гербом — глазом змеи, и павлонией Тоётоми. Он осмотрелся по сторонам. На стенах висела одежда с рисунками, на некоторых из них был изображен замок, похожий на Осакский, на некоторых — храм или силуэт воина. А вот — памятник ему, Киёмасе! И почти на всех красовались гербы. Глаз змеи или павлония. Или и то и другое.
— О-о-о... — негромко протянул он.
— Зеркала, господин Като, — лицо торговца, казалось, лопнет от улыбки.
На полке были разложены несколько зеркал. Киёмаса взял одно, круглое, перевернул. На обратной стороне красовался герб Тоётоми.
— Во, вот это, — он положил его обратно, отдельно от других. И взгляд его остановился на лежащих под стеклом головных платках. Один из них был черным, с двумя красными кругами по углам. Киёмасе всегда нравилось такое сочетание. Он ткнул пальцем в стекло:
— Вот это тоже.
Он засунул руку за пазуху. Хорошо, что не оставил фуросики в комнате в том постоялом дворе. Положил на стекло, развернул и вытащил карту. Тоговец взял ее двумя руками и отошел в сторону. Вернулся, отдал и хотел было упаковать покупки, но Киёмаса жестом остановил его, забрал карту, зеркало сунул в рукав и выскочил из лавки, на ходу повязывая платок.
Иэясу все также сидел на скамейке и, похоже, дремал.
— Эй... — позвал его Киёмаса.
— А? — Иэясу приоткрыл один глаз.
— Его светлость хочет тебя видеть. Пойдем.
— Эм... а сюда его светлость не может выйти? Поехали бы уже, там обед, наверное, накрыли... — произнес мечтательно Иэясу.
— Пойдем! — Киёмаса дернул его за руку.
— Ай... сейчас. Иди со своим зеркалом, я подойду.
— Хорошо, — Киёмаса рванул к входу в храм и уже на пороге остановился и обернулся — Иэясу зачем-то, нагнувшись, вытирал скамейку.
Киёмаса вошел в зал и опустился на колени, поклонившись до земли. Потом поднял голову и выпрямился, протягивая зеркало. И вскрикнул. Потому что кланялся он пустому постаменту. Господина Хидэёси в зале не было.
Киёмаса вскочил и начал оглядываться по сторонам. Подошел к занавесу — никого. Заглянул за алтарь, за ширмы: его светлость любил прятаться и появляться неожиданно.
Но храм был пуст. Растерянно хмурясь, он вышел наружу и столкнулся в дверях с Иэясу.
— Э? — тот посмотрел на него удивленно.
— Его там нет...
— Что значит — нет? — Иэясу тоже зашел внутрь. — М-да... похоже, он вышел, когда ты был в лавке, а я дремал. Он вообще очень тихо ходит...
— Вышел? Куда? — Киёмаса почувствовал, что по спине пополз холодок.
— Откуда я знаю? Может, в уборную?
— А... — морщины на лбу Киёмасы на миг разгладились, — тогда подождем.
— Ты жди. А я тогда схожу перекушу, — Иэясу повернулся и неспешно отправился к подсобному помещению, которое временно заняли рабочие, устанавливающие оборудование.
Киёмаса встал возле входа и стал ждать. Его светлость точно не пройдет мимо, когда будет возвращаться. А он не будет спать, как Иэясу.
Однако ждать пришлось долго. Первым вернулся довольный Иэясу. Он переоделся в свою обычную одежду, и Киёмаса хмыкнул неодобрительно.
— Что такое? Нам уже давно пора ехать. В машину неудобно садиться во всех этих шелках. Он вернулся?
— Нет... — Киёмаса уже не знал что и думать.
— Плохо. Значит, сбежал.
— Что?! — вытаращил глаза Киёмаса.
Иэясу неопределенно пожал плечами.
— К-к-а-а-к это «сбежал»?! Зачем?!
