Киёмаса тихо спустился вниз и прошел на кухню. И осмотрелся. Надо было что-то приготовить для господина, но он нигде не увидел очага. Но был дворик — наверное, придется готовить там. Он начал открывать шкафы в поисках посуды и, действительно, в одном из них нашел несколько котлов, чайник и даже сковороду.
А из соседнего шкафчика на него пахнуло холодом. Он сунул туда руку — полки были просто ледяными. «Да это же погреб», — догадался он. Видимо, сюда нужно складывать продукты. Это уже было хорошо. Можно пока купить готовую еду в магазине и положить сюда. Он видел такую еду — в коробочках, накрытых прозрачной тканью, лежали рис, овощи, рыба и прочее. Теперь остается только найти магазин. Он вернулся в комнату. Сверху все также доносилось:
— Окейгугл! Презренный Токугава Иэясу!
Киёмаса улыбнулся и вышел из дома. Он надеялся, что, вернувшись, не обнаружит дом опустевшим.
— Нагоя! Киёсу! Да?
— Так, все, достаточно, — Ватару выключил звук, — фотографии глянем по дороге, не думаю, что это срочно. Все, в гостиницу, и спать.
— ...Я, пожалуй, останусь тут, — Укё повертел в руках планшет, явно намереваясь его включить.
— Ну уж нет. Ты едешь со мной. За Рэйко заедут и отвезут в квартиру напротив дома Исиды. До утра она понаблюдает, потом я. Да и, кроме того, состояние Исиды Токитиро стабильно, думаю — выживет. Смысл менять его тело на пожилую женщину или девочку?
— Мононоке торопится. Очень торопится, — медленно проговорил Укё, вставая. Планшет он все-таки убрал, — вот еще знать бы — куда.
— Угу. Кто такой «предок»? Господин Токугава-старший, дед нынешнего наследника?
— Это вы про телефонный разговор? Вероятнее всего. А что тогда за «знакомый», выкупивший отель? Знаете, похоже, мы не одни ведем расследование.
— Ничего, послушаем, о чем разговаривают эти ребята. Но, кажется, этот русский действительно не случайно оказался тут, — Ватару спустился вниз по лестнице и подошел к дверям. И остановился. — Като Киёмаса. А я тебе что говорил?
— А я что — спорил?
Они вышли на улицу.
— Ками, мононоке... не нравится мне все это.
— А что тебе обычно нравится? — Ватару завел машину.
Укё сел рядом и достал планшет. Некоторое время он молчал, листая полученные от Рэй фотографии, а потом покачал головой:
— Что там за торжества в семье Като? Като Киёмаса переродился?
— Укё, давай завтра. Като Киёмаса точно никого не убьет. А мне нужны будут свежие мозги. Надо очень тщательно спланировать операцию.
— Вы правы. Я сейчас, одну минуту, — Укё набрал: «новости», «Като Киёмаса», «семья», — я только посмотрю: может, это что-то официальное, а мы зря... — он осекся.
— Что? — спросил Ватару, не поворачиваясь — они как раз проезжали перекресток.
— Остановите, пожалуйста машину, — тихо попросил Укё.
Ватару резко взял влево, подкатил к обочине и включил аварийки:
— Что там?
Укё повернул к нему планшет:
— Видите этого парня на семейной церемонии? Высокий такой. Со светлыми волосами?
— Да, — Ватару нахмурился.
— А вот это фото сделано позавчера здесь, в больнице.
— О... — Ватару взял планшет и снова открыл предыдущее фото, — это и правда один и тот же парень, даже костюм такой же, — он перелистнул назад: — «Като Киёмаса приехал в клинку за Тоётоми Хидэёси», — прочитал он заголовок на фото и повернулся к Укё. — Мунэхару... ты бы за словами следил?..
Супермаркет Киёмаса нашел быстро. Он уже хорошо научился отличать подобные магазины, а на этом еще и красовалась такая же вывеска, как на том, в котором он брал сладости. Сладости. Их надо купить побольше, ведь господин Хидэёси их очень любит. Киёмаса вытащил из стопки корзину и принялся бродить по залу. Вот и коробки с едой. Он взял по одной каждого вида, набрал тех сладостей, что понравились ему больше всего, и прихватил еще гроздь длинных желтых фруктов, похожих на бананы. Выглядели они довольно вкусно и стоили не очень дорого. Господин Хидэёси наверняка никогда таких не пробовал! И пошел на выход. Расплатился, переложил покупки в пакет и направился обратно. Мысли, больше не занятые едой и жильем, снова вернулись к Мицунари.
Что же делать? Вопросов, на которые требовались ответы, было два. Мононоке, в которого превратился Мицунари, во-первых, нужно выследить, во-вторых — убить. И то и другое не было легкой задачей.
Мицунари всегда был слабее Киёмасы. Его стихия — воздух — позволяла ему отлично направлять стрелы в цель и могла помочь поднять пылевое облако, чтобы скрыть отступление армии или затруднить продвижение врага. При сражении один на один он мог попытаться сбить противника с ног, но только если тот и так не очень прочно на них стоял. В давние времена Киёмаса справился бы с ним с легкостью.
