Вениамин. Я что сказал!
Леонид. Тарас, поставь планку на два двадцать!
Тарас. Готово!
Вениамин. А почему он две планки поставил?
Леонид. Какие две? Там стоит одна планка.
Вениамин. А я тебе говорю, две!
Леонид. Посмотри в мои очки, у меня плюс два.
Вениамин. Странно, действительно одна… А без очков — опять две планки.
Леонид. Ты перетренировался, Веня, тебе нужно отдыхать… Слушай, Ларионов, ты, по-моему, идёшь по неверным стопам Колчина.
Вениамин. Это в каком смысле? Он же лыжник, а не прыгун, как я.
Леонид. А вот я для тебя специально выписал.«…Колчин фанатик тренировок и режима… Он был неутомимым искателем новых методических путей. Оказывается, беда в том (и это подтверждают лыжные авторитеты), что Колчин вёл чрезмерно аскетическую жизнь в спорте… Его нервная система, утомлённая постоянно растущими нагрузками, сдавала как раз в самые решающие минуты… Иногда он вместо двух видел четыре лыжни… И он проигрывал, будучи потенциальным победителем…» Прекрати усиленные тренировки, влюбись и… вообще стань хоть ненадолго легкомысленным! Перестань ты быть прыгающим компьютером!.. Тебя знаешь как зовут ребята?
Вениамин. Как?
Леонид. Сызмала-рекорд-бей, оглы-атлет-аскет!
Вениамин. Колчин видел четыре лыжни оттого, что перетренировался, а я вижу две планки оттого, что недотренировался. Есть два пути из двух планок сделать одну.
Леонид. Какие?
Вениамин. Или… или… Или тренироваться ещё больше, или… А там ещё перед планками и девушка стоит, или это мне тоже кажется?..
Леонид. Девушка стоит. Жуть, какая девушка! Пёстрая, как… как какаду!
Вениамин. Опять эта… Эй, как вас зовут, уйдите с дороги!
Стеллка. Не уйду!
Вениамин. Нет таких препятствий, которые могли бы встать между Ларионовым и спортом и которые он бы не перепрыгнул!
Леонид. Господи, твоя воля! Перепрыгнул и две планки и девушку!
Вениамин. А почему бы вам не заняться прыжками в высоту?
Стеллка. А зачем?
Вениамин. А затем, что вы, по-моему, без всякой тренировки могли бы взять метра четыре в высоту.
Стеллка. Вы думаете, что я такая талантливая?
Вениамин. Нет, я думаю, что вы такая легко… мысленная!
Гусь. Уйди с дороги!
Татьяна. Гусь, ну что ты всё время носишься как угорелый? Шёл бы к нам на наши олимпийские игры и бегал бы с толком!
Гусь. К вам? Да у вас на каждом шагу свистят, как у милиционеров, кругом судьи, судейские коллегии, только что народных заседателей нет… Слышать противно! И вообще… вы же все ненормальные!
Татьяна. Мы ненормальные? Какие же мы ненормальные?
Гусь. Чокнутые, факт. Вы все с комплексом!..
Татьяна. С каким мы ещё комплексом?
Гусь. С комплексом… с этим… как его?.. ГТО, что ли?..
Татьяна. Вот я тебе сейчас за этот комплекс как дам сумкой по комплекции!
Вадим. А по-моему, спортом усиленно заниматься вообще вредно, потому что перенапряжённые мышцы обворовывают все органы, в том числе и мозг! Поэтому-то спортсмены ни бум-бум в науках.
Тарас. А усиленная умственная деятельность тоже, значит, вредна?
Вадим. Конечно, усиленная работа мозга обворовывает всю мышечную систему. Поэтому все учёные не секут в спорте… И вообще доходяги… Вот долгожители… Они ведь не перенапрягали ни свой мозг, ни мускулатуру… А только ели шашлыки и пили сухое вино.
Тарас. А чего ж ты спортом занимаешься?
Вадим. А деньги? А машина? А квартира в раннем возрасте? А заграничные поездки?..
Вадим. Не верю я этому Гусю, ни с распиской, ни без расписки — не верю! Всё равно он сорвёт наши игры.
Надежда. И что же, по-твоему, надо сделать, чтобы Гусь не сорвал их?
Вадим. Обвинить его в чём-нибудь и дать ему пятнадцать суток.
Надежда. Такие предложения, по-моему, называются провокацией…
Елена. К 19 июня тебе было приказано написать стихи.
Леонид. Кем приказано?
Елена. Общественностью.
Леонид. Но я лично не пишу стихи.
Елена. Значит, ты личное ставишь выше общественного.
Леонид. Но у меня нет таланта.
Елена. Что значит нет таланта? Судейская коллегия приказала тебе с этой минуты стать талантливым поэтом!
Леонид. Ну, знаете…
Надежда. Да подбери ты что-нибудь подходящее из спортивных журналов, и дело с концом.
И был ещё один разговор с глазу на глаз в тишине ночи между Надеждой Фокиной и Еленой Гуляевой. Разговор происходил на лунном стадионе в беседке перед площадкой с киноэкраном, установленном часа три тому назад. Гуляева с Фокиной считали, что вечер тоже может стать подспорьем в тренировках. А что?.. Устанавливается кинопроектор и смотри хроникальный или документальный фильм из жизни… Гуляева и Фокина имели в виду, конечно, жизнь Ларионова. И кадры здесь можно прокрутить раз за разом, хоть вперёд, хоть обратно, можно и уменьшить скорость кинопроектора — замедление движения помогает лучше разобраться в спортивной технике прыжка… Ларионова, конечно.
