Топот быстрых ног растаял, растворившись в пространстве стонущего от боли замка, а Вивьен вновь провалилась куда-то. Тёмные коридоры подвалов Академии — она глубоко под землёй — кровь стучит в висках и дышать трудно. В сознании откуда-то всплывает полуистлевший кусок пергамента. Сухой, крючковатый палец водит по линиям плана дворца. Вивьен откуда-то знает — в Академии несколько ярусов подземных ходов — до самой Преисподней…
…
— Не надо… Что вы делаете?!
— Заткнись!
Голос показался знакомым. Блуждая в лабиринтах глубоко под землёй, она наткнулась на дверь. Мертвенно-голубой свет лился сквозь щели ветхого от времени дерева. Вивьен припала к замочной скважине. Ей всё видно, словно в крохотном окне — сутулые плечи стоящего спиной мага загораживают прикованную к стене жертву — видны лишь окровавленные ладони, покрытые тату.
— Элай! Он убьёт его! — Вивьен вскочила с кровати, но сильные руки поймали бьющуюся в трансовом экстазе девушку и с силой вернули на место, прижав к кровати. — Элай!
— Что за Элай, Чоки? — хриплый голос Анук, сладкий дым её трубки — он успокаивает, заставляет дышать ровно и размеренно, заставляет закрыть глаза.
— Арвель Дакота.
— Что?! — голос Анук стал хрупким, как хруст догорающего пергамента в мертвенном огне.
— Этот мальчишка разыграл Вивьен в первый же день. Фокус с гробом, ну ты знаешь…
— Знаю! — каркнула Анук. — Это-то тут при чём?
— Зная, что Вивьен приехала из Атамии, ему подобрали соответствующее имя.
— Эта белокурая моль пыталась изобразить её земляка?
— Они всё равно никогда не пользуются настоящими именами — на случай, если новичок пожалуется ректорату. Сейчас не это главное. Что видит Вивьен? Ты знаешь, о чём она толкует? Кто решил прикончить мальчишку?
— А то ты не знаешь!
— Знаю, Анук. Но то наши догадки, а вот видения Вивьен могут быть вполне реальны — ты знаешь это не хуже меня.
Вивьен чувствовала нестерпимую боль во всём теле, пропуская страдания Элая сквозь себя, но ничего не могла сделать. Не могла даже пошевелиться. Боль заставила согнуться пополам — из кармана мантии выпала карта. Шут. У ног скелета пляшет крыса. Крыса. Маки! Мак, пожалуйста, помоги! Пожалуйста…
— Макабр! — взвизгнул кто-то, кажется, одна из девушек.
— За ним, Чок! — хриплый голос Анук.
Больше Вивьен ничего не видела и не слышала — она провалилась в блаженную, густую темноту, в которой наконец-то всё исчезло — крики, запахи, чувства… И наступила тишина. Тишина…
…
— Что произошло вчера, магистр Нэйт?
Квэркус Нэйт, тот самый маг из видения Вивьен — высокий, молодой, увешанный амулетами красавец с орлиным носом и иссиня-чёрными волосами до талии (не стянутыми сзади, как обычно это делают мужчины, но распущенными), являлся ни много ни мало ректором академии Смерти.
Вивьен сидела в просторной, светлой аудитории академии утром следующего дня. Лучи ласкового сентябрьского солнца лениво скользили по чёрным мантиям, что придавало лекции по основам искусства некромантии настроение чуть более светлое и радостное, чем следовало. Едва начался урок, адепты стали робко, но настойчиво проявлять интерес к недавним событиям. Первый курс, все, как один, не видели ничего из страшного происшествия, ибо силами старших, первокурсников их вовремя спрятали в верхних башнях. К каждой группе были приставлены вызванные в экстренном порядке специалисты по левитации, а так же ведьмы с мётлами из магических Академий, с которыми удалось связаться Совету — на всякий случай, если кто от страха в состоянии аффекта бросится в окно.
— Восстали умертвия кладбищ, — осторожно начал магистр. — Уверен, всем вам предстоит не один вечер провести в библиотеке, изучая историю замка. Наша Академия — настоящий клад! Одних леденящих душу легенд не менее тысячи, так что сказок на ночь хватит до конца обучения.
— Но кто поднял кладбища?
Не стройный гул адептов, шуршание мантий, терпеливое молчание ректора. Вивьен сидела в задних рядах огромного амфитеатра, и чувствовала себя не уютно. Во-первых, все, собравшиеся здесь, провели вместе два дня и расселились в общежитие, отведённое первому курсу. Она же третью ночь спала в подвалах, где ютились обслуживающие замок канно, но самым страшным было не это. Лабрий, да будет мучиться его мерзкая, гадкая душонка в дырявом кармане пыльной мантии Костлявой вечность, завёл её в столовую для старшекурсников всего на пару минут — потом, и это уже всем известно, начался хаос и прочие неприятности, связанные с нашествием мёртвых. Однако это не помешало слухам облететь замок!
